0: Это время навсегда ушло от нас.

1: И навсегда осталась с нами вернёмся же в бурные и прекрасные годы, первые годы революции от каспийского моря в пески каракума.

2: Отступал разбитый красноармейский отряд, всего вырвались из смертного круга 23 и комиссар Евсюков.

3: Это были красноармейцы, самые обыкновенные люди, и среди них марютка, лучший в отряде стрелок, стреляла она без промаха 30.

4: 8 белогвардейцев были на её счёту.

5: Lady офицер.

6: 39.

7: 40.

8: Господин саул, вёрст 5 отсюда харунжу убит, Семёнов тоже. И много. Их там человек 20 на восток уходят.

9: A ha их не гоняться, Бо коней морить не треба.

10: Сами в песке подохнут.

11: Так оказались остатки особого гурьевского отряда в 37 верстах к нордвеста от колодцев, каракудук без пищи, воды и надежды на спас.

12: 1 нам путь, товарищи, через пески на орал моря, оттуда в обход на казалинск казалинский штаб фронтовой, а до орала жрать что будем штаны?

13: Придётся подтянуть. Невелики князья сардины. Тебе, что ли, с медом подавать? Рис пока есть, а потом верблюдов заколем, верблюдов пожрём, потом друг друга жрать придётся без возражений.

14: Революционный долг знаешь, а то враз к стенке нету ниякой стенки, Тильки проклятый песок.

15: Вставай, товарищ комиссар. А что ты, чего без шума караван идёт. Жан гельдов. Ну какой такой караван? Чего ты врёшь, рыбья холера? Ты прав, верблюдов штук 10. Недально.

16: 3 отсюдова за мной.

17: Только бы не упустить, как увидим, обладай со всех сторон, ног не жалей, который слева, который справа марш.

18: Позвал господь, смилостивился господь, да Коли тебе говорить, что никакого господа нет, она все своя физическая линия.

19: Ружья есть, клади на землю, а то всех угроблю за мной.

20: Положи.

21: Легче, легче верблюдов береги.

22: Метко пуляют, гады.

23: Он за верблюдом, офицер, вижу.

24: 41.

25: Промазала рыбья холера.

26: Охта, все тохта. Постой. И никаких возражений. Жить надо, помирать. Пошёл. Твои деньги хотят. Наши даёт. На, скажи.

27: Сколько тебе нужно, верблюд, назад? Да пойми ты, Дубовая твоя голова. Я ж тебя не граблю, а по революционной надобности во временное пользование. А без верблюд казак помирать пошёл. Да какой я тебе?

28: Да вы то до своих дойдёте, а нам подыхать царский, царский, сколько тебя?

29: Я себе половину оставляю, а на этих даю расписку. Зачем мне расписка? Зачем мне расписка? Ой, бай, ой бай, плохо делай. Ой, бай, плохо делай, сказал, кончено, бери авас.

30: Так, делай на бумаги. На получил расписку. Все.

31: Кто такой есть гвардии? Поручик? Говоруха, отрок, а ты кто такой?

32: Товарищ комиссар, вот она, потайка. Подкладки зашита.

33: Вот кладку, да, зашёл, вот она.

34: Удостоверение гвардии поручик Говоруха отрок Вадим Николаевич уполномочен правительством верховного правителя России адмирала колчака. Угу. Представлять его особу при зака.

35: Пийском правительстве генерала Деникина ого секретные сведения надлежит доложить устно генералу Драценко.

36: Какие такие секретные сведения, господин поручик? Надлежит вам рассказать все без утайки, как вы есть в плену у красных Бойцов. А я командующий комиссар Арсентий Евсюков. Евсюков. Очень рад познакомиться. Не дури.

37: Говори, что спрашивают. К сожалению, не имею полномочий на дипломатические переговоры со столь замечательной личностью. Ты моль белая или в оклада, или пулю слопай.

38: Убьёшь?

39: Вовсе ничего не слопаешь, ладно, ты у меня ещё не так запоёшь. Ты у меня ещё попляшешь.

40: Товарищ комиссар, что ж в рай его отправлять? Или как не годится эта заноза крепкая. В штаб его доставим, там с него дознание по всей форме снимут. Куда же его чертяку, таскать? Сами то дойдём ли?

41: Офицерей, что ли, начали вербовать? А? Ну ладно, я беру. Я и в ответе. О, малютка, препоручаю тебе их благородие. Гляди в оба, упустишь 7 шкур с тебя спущу.

42: У манку.

43: Береги верблюдов, без них нам смерть. Хорошо, комиссар, так держу, не пущу. Ну, есть.

44: Собирась, эй, ты будешь у меня под караулом.

45: Ну че уставился, думаешь, раз я баба, так от меня и убечь можно? Раз промазал на другой? Не надейся.

46: Очень приятно, чего приятно быть в плену у прелестной амазонки.

47: Шантропа, мерси, мерси, не бойся, кроме позы кадров танцевать. Другого то дела не знаешь. А ну топай, рыбья холера.

48: Ну как живём? Живём. Давайте, что ты ему?

49: Так, а верблюд вин твоего конячьего языка не разумеет?

50: Глянь, брат, марютка то Мило привораживает. Вот ловко из благородие стреножил. Шо ж ты робишь, дивка? Вин же хвоста немае, як жеж вин мух пингон будет.

51: Бежит все тогда, дура, куда печка, пески кругом, ладно, пески песками, а так вернее.

52: Спи давай, Валер чумелый.

53: Эх, вот бы к кому подкатиться то. А Вася, попробуй. Тут уже 1 подкатывался, ну и как? А никак подкатился и откатился. А кто вась? А это ещё до тебя было?

54: Ну ты скажи, кто?

55: Ну скажи, вась, ну кто кто? Ну я врёшь. Вот с такой мордой ходил, рукояткой. Нога наделала зубы как не бывало. Серьёзно видать. А ты сунешься, все зубы потеряешь.

56: Это что ж, так несправедливо? Ты 1, а я так все остальные я тебе выбью. Ага.

57: Шо воно таке?

58: Шакал голодный, кричит, как дитё плачет.

59: А у нас на селе вербы.

60: Казачанка.

61: Казах без верблюд совсем плох, знамо дело, куда ж мужику без скотины?

62: Где верблюды верблюды, где спать, спать, спать, где верблюды верблюды, где матери твоей?

63: Черт.

64: Что наделал, подлец? Кишки выпущу. Что случилось? Мангул, сволочь. Верблюдов увёл. Не болтай зря. Факт к своим казахам увёл, а Чупилка проспал. Дисциплиночка сознательная. Вот и ладно.

65: Молчи. Хоть ты рыбья холера. Эй, комиссар, комиссар, проклинал того макула, да я бы своими руками задавил предателя революции, чем комиссар. Там он лежит у манку.

66: Прости, браток.

67: Мат стенки комиссара. Стреляй меня, подлеца та.

68: Равняйся.

69: Ну что, стоять пошли, братцы.

70: Становись в строй, Андрей, придём в штаб, судить тебя будем.

71: Давай. Вот, господин полковник, говори все как было, живо все было. Правда была. Солдат нападал и стрелял.

72: Забрал казак верблюд жить надо без верблюд, казак помирать пошёл. Где офицер, куда офицера одевал, одевал.

73: Красные убили офицера.

74: Я бедный человек, 1 верблюд, куда я пойду, мой балалар? Немедленно готовьте погоню. Пойдёте по следу, куда я пойду? Куда, господин полковник? Вероятно ли вы с ума сошли у поручика, сведения, от которых.

75: Зависит судьба фронта. Немедленно штаб. Слушаюсь.

76: По коням, по коням.

77: Вот уже только 11 идут по барханам.

78: Остальных вырвала из строя пустыня, могилы их легли вехами на чёрном пути, а те, кто остался жив, продолжали свой.

79: Путь к аральскому морю.

80: Что его таскать, прикончить гада?

81: Черт тебя знает, двужильный ты, что ли, сам щуплый, а тянет за двоих.

82: Ну что, плохо? Все, конец.

83: Нет, от революции дезертировать не можешь. Вставай, вставай, не пойду. Даля все равно подыхай.

84: Давай.

85: Дайте отдохнуть. Ночи нету. Давай.

86: Oral, братцы, орал море.

87: Салам, салам, салам, салам. А куда туру такой идёшь, а?

88: Красные, мы на казалинск идём. Принимай, хозяин, накорми за нас тебе благодарность от совету прибудет красный Аскер Большак.

89: Центр пришёл не не из центра мы с Гурьева пробиваемся, Гурьева Гурьев да каракум ушёл, да, bullet нет, не ой ой.

90: Хорошо.

91: Ага, заарканила. Вяжи, вяжи миленького, Ровно пса цепная.

92: Твой, что ли, моя? А как зовут тебя? Ну, не понимаешь? Ну вот я марютка, а ты, да. Слушай, Алтынай, дай мне бумажки. Ну, писать бу.

93: Да.

94: Красиво, красиво, красиво.

95: Какая прелесть.

96: Красиво, Алтынай, отойди, нельзя, это плен.

97: Да оставь её, слушай, она, не говори. А то я знаю, пусть или не пусть. А ну отойди, не говори. Ну че тебе? Да, видно, ей погон понравился. Так отдай ей.

98: На, проваливай, давай, давай, давай. Видишь, обрадовалась Свид то девка, а дитё ещё.

99: Естественно.

100: Ты что пишешь?

101: Тебя какая суета? Может, письмо надо написать? Ты продиктуй, я напишу. Ишь ты, про варяга тебе, значит, руки развяжи ты мне в рыло, да и в бегах не на ту напал Сокол.

102: Помощи мне твоей не требуется, не письмо пишу, а стих стих. Так ты стихи пишешь, думаешь, тебе только поду кадры плясать? А я, дура мужицкая, еду я тебя.

103: Зачем я тебя дурой не считаю, а удивляюсь только разве сейчас время для стихов самое время есть, только вот не выходит. А ты прочла бы? Я в стихах, понимаю.

104: Не поймёшь. Ты, кровь тебе Барская, тебе все про цветочки да про бабу писать надо. А у меня про бедный люд, про революцию. Может быть, они мне чужды содержанием, но понять человек человека всегда может.

105: Черт с тобой, слушай, смеяться не будешь? Нет, не буду. Ну, слушай, как казаки наступали. Царской свиты палачи.

106: Мы встренули их пулями. Красноармейцы молодцы. Очень много тех Казаков нам приш.

107: Пришлось отступать, Евсюков геройским махом приказал сволочь, прорвать.

108: Их били с пулемёта пропадать нам все 1 полегла вся наша рота, двадцатеро в степь ушло, дальше никак не лезет, хоть ты тресни рыбий холеры.

109: Вот не знаю, как верблюдов вставить, да?

110: Здорово, экспрессии много чего чувства, понимаешь? Видно, что от души написано. Так я и говорю, что они чувствительные. Пишу.

111: От души. А вот народовать не хотят. Говорят, что не обделаю. А вот как ты их обделаешь? Что у них за хитрость? Вот вы, интеллигент, может, знаете, трудно ответить стихи, видишь ли, искус.

112: А всякое искусство требует учения. У него свои правила, свои законы. Ну, к примеру, если инженер не знает всех правил построения моста, так ведь он его либо совсем не выстроит, либо выстроит на плохой, непригодный к работе, то мост для него арифметику надо.

113: Произойти а стихи у меня в серёдке заложены, а умения нет, нет.

114: Учиться надо.

115: Вот аккассия какая.

116: Ну ничего, вот все, контур разобьём, в школу пойду, чтоб стихам выучиться, если б они такие школы.

117: Должно быть, есть.

118: Слышь, кадет болят? Че? Руки то не очень онемели только.

119: Вот что. Ты мне поклянись, что не убежишь, я тебя развяжу. А куда мне бежать? В пески, чтоб шакалы загрызли? Нет, ты мне поклянись, повторяй за мной клянусь.

120: Бедным пролетариатом, который за свои права перед красноармейкой марией Басовой, что убечь не хочу.

121: Клянусь.

122: Теперь, если убежишь, последний подлец будешь.

123: На крот накройся. Спасибо. Спокойной ночи, Мария Филатовна.

124: Филатовна.

125: Комиссар торопился доставить поручика в штаб. Он принял решение отправить его морем с малюткой и 2 бойцами, а с остальными пойти берегом, чтобы.

126: Пути собрать новый отряд.

127: Ну че, встал? Иди.

128: Будешь за старшего, на тебе весь ответ, за кадетом, гляди, оба упустишь, лучше тебе не жить. Ну, прощай, да в штабе скажешь, что конную подмогу навстречу.

129: Ясно. А если на белых нарвётесь живьём его не давай. Хорошо, поняла? А ну иди.

130: Дружней, а ну навались.

131: Ловко сам себя в плен ведёт, да а в штабе допросит и в переделку.

132: Ты где к воде прибыло?

133: В петербурге яхта у меня своя была, по взморью ходил.

134: У нас в Астрахани, у буржуев тоже яхты были красивые.

135: Вода чистая синей.

136: Приравнять даже трудно, правда? Да, Синева необычайная, мать ты моя, глаза то у тебя точь в точь как синь вода.

137: Вот черт, восток прём ничего, до барса доберутся, там, заночуют.

138: Steam шкоды.

139: Ребят.

140: Черт, сказка, робинзон в сопровождении пятницы.

141: Гнява оглядеться.

142: Ной.

143: Где ты? Ты? Отзовись же рыбе, холера.

144: Вот я на пулю, выворачивай.

145: Есть готово, ты порох насыпал, есть зажигай.

146: А жечь что будем? Рыбу? Она жирная. Как же можно на волге, раз её сколь жгли, лучше дров горит.

147: Эх, ребят, жаль ни за что утопии.

148: Просушить бы платье, а то.

149: Простудимся, зачем же дело стало? Кидай, сушись.

150: Вы прослушивайте, а я там подожду.

151: Эх и дурень ты, ветер то. Вон какой. Ведь насмерть застудишься я, потому что вам, может, неудобно. Ерунда барское твоё понятие. Раздевайся.

152: Да раздевайся же, идол.

153: Ну-ка мне с тобой, чистая.

154: Марья Филатовна, ну че тебе? Я прилягу? Голова болит очень. Это с дыму, да, с. Устали. Ложись, Кожушок, Вон, накройся.

155: Ну, спи, а я посижу, а потом ты подежуришь.

156: Эй, давай да проснись. Ты, слышь, за огнём погляди, а я пойду к берегу, сбегаю. Счастье, что бот не потоп, авось как-нибудь до казалинской.

157: Берёмся.

158: Вон там, в мешке лепёшки поешь.

159: Вставай, беда.

160: Проснись, говорю, беда, пропали мы единиц куропатка.

161: Застудился-таки, черт соломенный.

162: Помрёт ведь, ой.

163: Что я евсюкову скажу?

164: Дурень ты мой синеглазенький.

165: Пятница.

166: Что такое?

167: Где? А забыл, марютка, вспомнил.

168: Пятница опять забредил. Далась тебе эта пятница. Не помню, день сегодня, который не день. Имя такое рассказ. Да ты лежи, лежи, не шебуршись, а то ещё опять захвораешь.

169: Да что же это я сижу, мне ж покормить тебя надо. Я сейчас.

170: Горячо, голова то не болит? Нет, ну хорошо, кричал ты во сне разговаривал, командовал чего только не было. Вокруг ветер, пустота, а мы с тобой вдвоём на Острову страх.

171: Такой брал. Да как же ты справлялась, справлялась?

172: Пуще всего боялась, как бы ты не помер.

173: Вот поешь. Спасибо тебе, голубушка. Да ешь, ешь.

174: Что я, зверюка, что ли, лесная, чтобы дать человеку помереть? Ну ведь я ж кадет, враг, враг. Какой же ты враг, когда руки поднять не можешь. Враг ешь, тебе, говорю, ешь.

175: Я наелся, поешь со мной. Ой, я не хочу, я сыта по горло. Ешь, давай ешь.

176: Ты чего?

177: Покурить, закурить.

178: Вот у вихря махра осталась, подмокла, так я её подсушила, знала, что курить захочешь. Ты просто золотка, машенька, лучше няньки.

179: Видать, без няньки жить не можешь.

180: Жаль, бумаги то нет, бумаги.

181: На, вот тебе раскурку.

182: Это же твои стихи, ты с ума сошла, я не возьму. Да бери же, черт, мука мне с тобой чистая.

183: Спасибо.

184: Я этого никогда не забуду.

185: Да.

186: Папа.

187: Господина.

188: Нос были у вас красные в ауле.

189: I мебель.

190: А в соседних аулах, не слыхал, не ходили. Вот.

191: Нашёл.

192: Может, его, а может, черт его знает.

193: Ты говоришь, не было красных в ауле?

194: А это что я офицер, офицер?

195: Последний раз тебя спрашиваю.

196: Готовься.

197: Говори, собака сама собака твоей правды нет, моя правда есть залпом.

198: Опа, опа, опа, сядь.

199: Вот смотрю я на тебя и не могу понять, а че у тебя глаза такие? С такими родился, когда в плен брали? Я подумала, что да, про глаза. Опа.

200: Они у тебя для кого, для кого? Для баб в душу лезут, растревоживают?

201: И тебя растревожит?

202: И черт, а ты не спрашивай.

203: Дурень синеглазый.

204: A cadet. Живём. Находка рыбачью хибару нашла. Чистый дворец, окна со стёклами. Печка. А ты куда это собрался тебя встречать, глупый? Простудишься. Ещё ветер то он.

205: Какой поднялся?

206: А завтра на новую квартиру.

207: Да я что-нибудь принесу. Да иди, иди, иди. Ну пойми, нельзя же ведь так, господи, опять занеможешь. Иди себе дороже. Да я совершенно здоров, здоров. Куда уж там здоров.

208: Говори, что я здоров, рыбья холера, глупый. На.

209: Смотри, чего нашла муки рису.

210: Теперь живём. Молодец, машенька, без тебя пропал бы, ясное дело, белоручка.

211: Что дальше делать будем? Как что будем делать? Рыбаков будем ждать. Недели через 2 явится, чтоб рыбу вывозить, и нас выручат. Хорошо бы.

212: А то вдруг Евсюков явится с ребятами вот была бы радость, правда ведь, да радость, пятница моя милая, опять что да про 5.

213: Да нет, я уж тебе говорил. Есть такой рассказ, как человек после крушения попал на Остров, и друг у него был пятницей звали, а ты бы рассказал. Это длинная история, а нам некуда торопиться. Ну, расскажи.

214: Я и забыл все. Ну ты вспомни, ну ну, рассказывай.

215: В городе Ливерпуле жил 1 человек, звали его робинзоном Крузо, и одолевала этого человека страсть к путешествиям, приключениям его.

216: Задумал робинзон посмотреть, как люди живут на свете, и отправился в далёкое путешествие на большом парусном корабле.

217: Ну вот и вся история приключений робинзона и его друга пятницы.

218: Чего здорово все так слушала, слушала нравится.

219: Откуда ты все это знаешь? Не с пелёнок же я стал поручиком.

220: До войны я был студентом, изучал филологию, была у меня когда-то хорошая человеческая жизнь, наш дом в петербурге, книги, 3 стенки книг, лампа.

221: Под зелёным абажуром. Что ж ты там рассказывай, не хочется. Устал я после болезни.

222: Ах ты, мой слабенький.

223: Черт возьми, какая ерунда. О чем ты, милок, жизнь ерунда.

224: Прожил 27 лет, скитался по Свету в поисках какого-то идеала, если мне кто-нибудь сказал, что самые наполненные дни проведу здесь, среди вот этого дурацкого моря.

225: Какие, ты сказал, дни то самые наполненные, понимаешь?

226: Такие, когда совершенно сливаешься с природой, чувствуешь себя её частицей и радуешься вместе с ней. Вот ты говоришь по учёному, а я тебе по простому скажу счастливая я.

227: Хорошо бы никуда не уходить с этого Острова, остаться здесь навсегда, плавиться под мохнатым солнцем. Ну нет, я бы не осталась. Соскучилась я по живым людям. А разве?

228: Живые да нет, живые то живые, время сейчас не такое, чтоб на печке сидеть.

229: Наши, они там сейчас бьются, кровь проливают.

230: Ты что же, опять в солдаты хочешь? А как же.

231: А мне надоела вся эта ерунда.

232: Столько лет кровищи и злобищи, германская война гражданская, черт какой-то кровавый, кошмар глупый, люди за правду бьются, не хочу правды покоя, хочу книгам.

233: Значит, земля пусть напополам трескается, а ты будешь на печке книжки читать, трескается и пусть трещит старая сволочь, нет идеалов, нет родины.

234: Вся опустошена, выпотрошена вот от этой пустоты и гибнет черт 1000 правд. Правда немецкая правда русская, мужичья господская, большевистская к черту не хочу Ника.

235: Правды, кроме своей, я из этого дела выпал и не желаю пачкаться. Пусть другие за твою милость в *** покопаются. Да, черт возьми, другие. Кому это нравится? Эх ты.

236: Машенька, подожди, не сердись. Я не хотел тебя обидеть. Пойми меня. Устал я к черту. Все. Выберемся отсюда, уедем на кавказ. У меня есть дача под сухумом. Будем жить вдвоём. Ты будешь учиться, я все для тебя сделаю. Значит, мне твои слова так понимать?

237: Завалиться с тобой на пуховике да конфеты жрать, когда каждая конфета в крови перепачкана. Зачем так грубо, грубо? А тебе надо с подливочкой сахарной? Нет, ты погоди, вот ты большевистскую правду хаешь, а ты её.

238: Когда-нибудь знаешь, как потом, да солёными слезами пропитана?

239: Не знаю.

240: Странно мне только, что ты, девушка, так огрубела.

241: С таким связалась стыд, машенька, поедем на постельке валяться, жить тихонько, слизняк, мокрица поганая, не Смей ругаться, не забывайся ты.

242: Хамка, счастье твоё, что ты женщина, ненавижу.

243: Ань.

244: Ну, долго мы ещё будем?

245: Ну хорошо, я виноват перед тобой, мне больно что я тебя обидел что это так all проголодался не Смей так говорить, слышишь слышу не глухая а что это за тон, ну разве так можно?

246: Мы ж Любим друг друга. Вспомни, как хорошо мы жили до этой дурацкой ссоры. Вот что, миленький, что промеж нами было? Ты про то забудь почему? Что произошло. В конце Концов, они.

247: Чего не произошло, только забылась я на глаза твои загляделась, голосом твоим заслушалась. Ну а теперь все прошло, как и не бывало. Так что.

248: Ты успокойся, милок, поешь-ка Вон лучше рыбки. И, пожалуйста, я не напрашиваюсь.

249: Машенька, зачем я тебя только полюбила. Все сердце ты мне измучил, всю душу ты мне вымотал. Не надо, Маша, успокойся. Я думала, ты сильный, умный. Поймёшь.

250: Не надо об этом, машенька, я подумаю потом. А сейчас не надо, не надо плакать, моя милая, успокойся.

251: Ну вот, забудем все, машенька, родная ты моя, хорошая.

252: Ты сама не знаешь, какая ты, милая. Скажи, что любишь меня. Только обидно мне, что ты такой Тёмный.

253: Так ведь и у меня есть немало Обид.

254: Революция ждал её, как невесту, верил ей я за всю свою офицерскую жизнь ни разу солдата пальцем не тронул, а меня в Гомеле на вокзале поймали, сорвали погоны.

255: Плевали? А за что? А как другие офицеры солдат шкуру сдирали, того ты не знаешь, как над нами издевались. Не помнишь разве? Да как ты можешь обижаться? Эх ты.

256: Ты, пожалуй, права.

257: Это глупо.

258: Нет моего больше терпения.

259: Если через 3 дня рыбалок не будет, пулю себе в лоб пущу, а меня слизняком и мокрицей называла, называла, потому что стоило называть, а что, может, скажешь? Нет да нет, да ты что?

260: Ошалел. Да говори, черт шалый, говори, говори. Да стоило стоило. Неужто поумнел, поумнел, голубушка, поумнел. Спасибо, сама надоумила. Теперь сам вижу, что рано мне думать ещё о возврате к книгам. Нет.

261: Черт возьми, так жить надо, да поскрипеть зубами покусаться по волчьим. Да ты никак и впрямь за ум взялся, взялся. Да, если мы сейчас.

262: За книги сядем, а вам землю в полное владение оставим, так вы на ней такого натворите. Нет, пятница моя Любезная.

263: Парус, парус, машенька.

264: Машенька, а ну пусти дурной. Ну тебя знак подать. Надо позвать. Чего ж звать? Сами подъедут. А вдруг к другому Острову едут. Париба за винтовкой.

265: Штуки.

266: Чудной какой-то парус то не похож, чтоб рыбалка. А ну-ка, жарни ещё разок.

267: Скорей, господа, скорей сюда.

268: Стой, котен поганый, стой.

269: Не глаз.

270: Синеглазенький, синеглазенький.

271: Нет.