0: Синдеева у меня сегодня в гостях Марианна Максимовская, журналист, телеведущая, коллега марианн, привет, привет. Так получилось, что мы фактически с тобой будем итожить

1: Год и год был непростой и сложный и для тебя, и и для всех нас, и для страны, и для, и для там телеканала дождь.

2: Конечно, я не могу не начать с болевой точки для всех, не только для тебя и для нас, как твоих коллег и для зрителей, это, конечно, твоё увольнение и закрытие проекта не увольнение, закрытие проекта, у которого огромное количество зрителей.

3: 13 тефи у программы 8 твоих личных. И вот просто вот этот, вот эта история, которая длилась столько лет, она завершилась. И вот это

4: Уже такой мем интернет мем, что это все гребень, там 1 нет. Как это грёбаные звенья, грёбаные? Ну это, это не так. Скажи, как ты узнала о закрытии программы? И готова ли ты вообще была?

5: К этому. Ну, наташ, у нас такая специфическая была всегда ситуация. Во первых, мы очень долго были в эфире 11 лет и были в эфире, на самом деле, в каком-то смысле, вопреки там ситуации, может быть, даже там, в профессии, и я

6: Даже, честно говоря, уже в какой-то момент я устала отвечать на вот эти все вопросы. Почему не закрыли, почему не закрыли вот как, а вот что там вот вы как-то вот встроены вот как что. И я все время пыталась искать какие-то такие оригинальные варианты ответа.

7: И потом просто плюнула и стала там какую-то 1 формулировку, в общем, все время проговаривать. Хотя и, в общем, понятно, у нас было, в принципе, наверное, какое-то достаточно, ну такое особое положение.

8: В каком-то смысле на рынке. Хотя мы ни разу не были оппозиционной программой, мы не были никакой партийной программой. Я вообще сейчас не надо быть оппозиционной, сейчас надо её, не люблю, партийную журналистику. Вот это, это не моя совсем.

9: История и, в общем, просто максимально честно делали своё дело. В общем, без какого-то особого героизма вообще 11 лет для любой программы это очень большой срок, очень большой срок в определённых политических или там

10: Каких-то профессиональных условиях там, тем более это правда много недели, это программа долгожитель, это абсолютно очевидно. И, конечно мы понимали, что мы рано или поздно закроемся и, конечно, будем очень ностальгировать, потому что мы все коллеги, друзья.

11: Я, я с большей частью людей, с которыми вот мы там делали программу неделя работаю даже не 11 лет, а 18 ещё вот там, с того старого нтв. Ну, понятно, мы там родственниками уже стали за эти годы, естественно, это все очевидно. Вот.

12: Но наступает момент, когда ты принимаешь то или иное решение, ну это же не твоё было решение все-таки, ну почему это было? И моё решение тоже, ну как моё решение, потому что я, я, я могу абсолютно чётко сформулировать, мне стало очень

13: Сложно работать и чувствовать свою аудиторию. Да, конечно, прежде всего из за того, что происходило на Украине. Естественно, поляризация общества нашего, российского достигла.

14: Такого масштаба, что практически любое слово, сказанное мной и моими коллегами, воспринималось, ну, в общем, можно сказать, неадекватно, я всегда любила и старалась придерживаться журналистики факта.

15: Я не люблю, хотя вот у меня там была авторская программа, но вот журналистика мнений, так называемая, это немножко все-таки не моё. Мне было очень сложно, когда я поняла, что формат авторской программы подразумевает местоимение, я личное, мне было очень, у меня руки, вот я не могла на компью.

16: Набрать вот эту вот фразу в подводке с местоимением личным. Я вот, я думаю, мне кажется, я там взяла интервью, я все равно вот такая старая школа, мы поговорили там с. Угу. Вот мы узнали там, что

17: Не могу вот это яка никак, а вот эта самая понятная на самом деле очевидная совершенно журналистика факта, она в этих условиях поляризации общества зрителя, аудитории стала практически невозможна, когда происходит абсолют.

18: Абсолютно глобальнейшие события в стране. Аудитория себя начинает вести следующим образом. Ну, например, я употребляла по отношению к ополчению в Донецке и Луганске термин сепаратисты, потому что, вообще говоря, по словарю

19: Русского языка. Эти воюющие люди именно сепаратисты, они, собственно, главное их требование, это отделение регионов от государства, которому они принадлежат. Угу. По всем законам, по всем, абсолютно по всем нормам.

20: Русского языка, их вообще, по идее, надо называть сепаратисты, причём даже вооружённые сепаратисты, потому что они могли бы быть, допустим, политической партией, просто требовать там в парламенте, в раде или где-то ещё отделение и настаивать на там, этом они взяли в руки.

21: Вообще, вот так, по нормам вооружённые сепаратисты, я произношу словосочетание вооружённые сепаратисты 1 часть аудитории, да, говорит, это, это она продалась там властям, иначе кому-то и их надо называть террористы. Почему она не произнесла?

22: Слово террористы, как это вообще она? Ну, понятное дело, все с ними ясно. Другая часть аудитории говорит, как это возможно, ополченцев называть сепаратистами. Да, это невозможно, это происходило, это происходило изо дня в день.

23: День изо дня в день. Ну, ты то же знаешь, что ты делаешь, и ты знаешь, эти, это понятно, но это все равно, это очень сложная ситуация, очень сложная, перед которой я. Нет, не дело не в том, что я там спасовала перед этой ситуацией, но

24: Бывают такие моменты, когда имеет смысл передохнуть и, честно сказать себе, я так не хочу. Ну вот я не хочу, я сейчас так удавалось столько лет держать этот баланс. Понимаешь, ситуация изменилась.

25: Мы живём в совершенно новой новой ситуации, все вокруг настолько изменилось, что, ну, мне показалось, во всяком случае, что надо принимать какое-то абсолютно нелинейное решение, ну, в том числе честнее намного закрыть программу.

26: Не искать какие-то варианты вот этого уговора всех частей аудитории, склеивания этой аудитории. Это невозможно практически. Я просто вот я чувствую, что я не могу сейчас склеить аудиторию. Ну не могу вот это невозможно в данной ситуации здесь

27: Сейчас и переходить. Это же не только задача твоя, как журналиста склеивать, как раз информировать. Тут это же тоже такая ответственность, да, но мы говорим все-таки о том, что это большой крупный федеральный телеканал с широкой массовой аудиторией.

28: Которая какие-то вещи воспринимает буквально, которая в данной, в данной ситуации не хочет. Ну вот ей не нужны аудитории вот эти 50 оттенков серого, из которого на самом деле состоит наша жизнь. Ей нужны чёрные цвета и белые.

29: Ну, тогда появляются распятые мальчики же Марьян, ну вот с твоим уходом остаются распятые мальчики. Нет, нет прямой корреляции, потому что все это совершенно, это параллельные вещи, это совершенно не имеет отношения к попыткам.

30: Я вот прости, я почему, почему очень болезненно все восприняли твой уход?

31: Потому что ты оставалась именно на федеральном канале, который имеет огромный охват тем самым последним островком. Ну, в конце Концов, просто здравого смысла. Понимаешь? Давай так, я не соглашусь.

32: Во первых, что вот мы такой островок здравого смысла, ну, про федеральные мне уже, условно говоря, есть там большая очень партия людей с определёнными воззрениями, абсолютно, там политического свойства с

33: Другими взглядами на профессию, с другими взглядами, на то, как должна развиваться профессия. И я не буду отказывать им в праве так думать. Хотя я, допустим, могу придерживаться там других профессиональных стандартов, да, должна быть без

34: Условно, какая-то дискуссия внутри, прежде всего профессионального сообщества. На данный момент она тоже невозможна по определённому там ряду причин. Это бессмысленно. Я сейчас допустила в каком-то смысле ошибку мы брали с Мишей, с игорем, в том числе брали

35: Интервью Дмитрия Медведева, что мы делали уже там 4 раз подряд. И вот в ходе разговора я завела эту дискуссию прям вот в прямом эфире, что мало показывают по федеральным телеканалам и вообще практически не говорят о ходе вот медицинской

36: Реформа реформа здравоохранения, которая на самом деле, на мой взгляд, и вовсе не реформа, а сокращение расходов под видом реформы, и мне, мне лично кажется, как зрителю вот теперь, в данной ситуации, что катастрофически мало об этом говорят.

37: Катастрофически. И сказав это, обращая, в общем, вот, вот это вот все к премьер министру, я получила в результате ответ от своих коллег с федеральных телеканалов, которые там стали, стали спорить, там много, мало у меня было в эфире столько

38: У меня там в эфире было там 2 героя, у меня там сюжет был, там ещё что-то, и это очень неправильно. Этого не должно быть. Не должно быть. Да, это я себя потом стала, это неправильно. Вот, находясь в 1 телевизоре, нельзя допускать вот, вот эти выяснения. Отношений много.

39: Было героев на эту тему мало, и кто как поступил, это неправильно по многим этическим соображениям, как мне кажется, понятно, что, наверное, тебе действительно было сложно и наверняка существовали внутренние всякие течения, при котором очень сложно было держать баланс.

40: Наверняка люди, с которыми ты работаешь, твои руководители, которые тоже многие адекватные люди, и мы их знаем там все давно, и они там, в рынке, наверное, они тоже поставлены. Достаточно сложные условия сейчас какого-то существования и вот этого баланса и

41: Наверное, иногда проще, ну, действительно, плюнуть, наступить там себе на горло и от чего-то избавиться, что доставляет какие-то конфликты. Нет, дело не в конфликтах. Просто мне кажется, что надо стараться быть честным, прежде всего, ну просто честным. Ну вот как?

42: Перед своей аудиторией, перед собой, перед своим закончился сезон смотри, закончился сезон. И что тебе позвонил там, не знаю, орджоникидзе, или ты сама пошла к нему думать про новый сезон и сказала все, давай закрывать, или, или как это было? Да Бог с ним, наташ.

43: Это же все же люди, как бы как-то принималось решение. Не просто же, ну как бы то ни было оно принято, и мне кажется, что это правда, но это был единственный возможный, честный вариант, а

44: С акционерами основными ты знакома? У тебя были когда-нибудь после уже вот этой, ну, собственно, после ухода, после закрытия проекта с ними встречи, разговоры. То есть вообще задавала ли ты этот вопрос? Ни разу я ни разу за все годы не видела акционеров? Никогда.

45: У нас все по другому, знаешь, у нас все близко, рядом, и акционер находится в зоне вот вытянутой руки. Поэтому нет, мы работали. Это, знаете, как сижу, кот бегемот, сижу, починяю свой примус. Вот я все эти годы

46: Которые я провела в журналистике, это уже достаточно долго сидел и подчинял приму с большим удовольствием, и делал совершенно конкретное дело, и делал. Ну просто ты в 1 интервью где-то сказала, что я люблю свою работу, да.

47: Понимаешь, вот это да, это, это такая эмоциональная фраза. И столько лет до чёртиков, понимаешь? И вот сейчас, как ты сейчас без эфира уже полгода, кстати, я достаточно спокойно, без эфира полгода, правда, и жду выхода на новую работу. Мне очень

48: Интересно то, чем я буду заниматься? Абсолютно нет. Вот как, знаете, принято считать, там ломки какие-то существуют после того, как ты выходишь из эфира? Нет, журналистика, журналистика. Дело всей моей жизни это абсолютно

49: Правда, у меня в этом смысле такой прямой простой путь абсолютно с лет 13, наверное, или 14, какие-то школьные газеты да, многотиражки. И это все в 1 день захлопнулось Кола журналиста. Ну, во первых, не захлопнулось это раз.

50: И вот все эти годы, да, потом телевидение, хотя я заканчивала газетное отделение, и вот потом столько лет на телевидении, конечно, да, конечно же, это дело моей жизни. Я ремесленник, я хорошо знаю своё ремесло, я

51: Все делала всегда своими руками. Я никогда в жизни я не люблю вот так, когда ты, допустим, берёшь у кого-то интервью, а потом швыряешь там кассету или флешку редактору и режиссёру монтажа и сама уходишь там куда-то сама.

52: На sweet. Да, черт, я ничего не монтирую. Ну, ну, у нас, знаешь, у нас практически все идёт как live, поэтому монтировать не приходится. Ну, это понятно, да. Ну вот я все всегда, вот сама все спред, мастер.

53: Мастер, все оттачиваем постпродакшн обязательно там после 1 эфира так называемого орбит на дальний восток, на Москву, фейсбук. Почему ты до этого не была в фейсбуке? Ну как бы сейчас понятно, что это частью работы стало. Так, или инач

54: Понятно, что без этого невозможно. И вдруг я вчера читаю, и, во первых, когда увидела приглашение тебя в друзья, думаю, подождите, а что, у марьяны не было фейсбука? Хотя я тоже не самый там активный пользователь. Знаешь, ну, как-то это невозможно без, но мы то, мы были на тебя подписаны.

55: Я рассказываю большую тайну, которую знали только близкие друзья. Эксклюзив, абсолютно, абсолютно эксклюзив со всеми подробностями драматическими я на самом деле много лет, конечно, в фейсбуке мой муж доверил мне самое святое, что есть.

56: Сейчас у каждого мужчины пароль от своего аккаунта, и я всех, у него куча друзей мой не даёт. Вот видишь, а вот мой дал, вот прошло. Мало того, я вижу, видела все сообщения, которые приходили ему в мессенджер. Ну то есть у него оказалось вообще

57: Единого секрета от меня. Он, конечно, мучился там, хватался за голову, говорил, что такое, ну что, как это? Ну вот, и я, конечно, работала на самом деле с фейсбуком много лет. То есть я читала всю ленту, он мне строго настрого запретил лайкать от его имени. Угу. Че бы то ни было.

58: Там оставлять какие-то комментарии. Иногда я, конечно, срывалась. Ну, ну, да. Угу. Иногда, да, иногда там Ставила лайк, значит, или там даже че то писала. Потом он начинал со своего телефона вступать сам в своём аккаунте, со мной, там, в какую-то переписку. Люди, в общем, мало.

59: Понимали, что происходит, а близкие знакомые даже иногда писали Вася, это ты или там, марья, не ты ли это? И я, конечно, все видела. И в какой-то момент фейсбук стал на самом деле очень важным, конечно, инструментом в работе. Это правда, но я не тратила время, ничего не

60: Писала я ничего не публиковала не перепросто, не было времени, не было времени, раз у меня был еженедельный блог, такой телевизионный, где все общественно важное, что мне, в общем, хотелось сообщить граду и миру, я сообщала.

61: А постить котиков. Ну, я как-то, пока я не могу, а все реально важное, что мне хотелось сказать, абсолютно все это я проговаривала в программе недели, и моё счастье, как раз профессиональное заключалось в том, что у меня не было вот этого раздвоения, когда я в эфире, допустим,

62: 1, а вот думаю, то я совершенно другое. И вот наконец то, значит, получив телефон в руки после эфира, я могу сказать там вот то, что я на самом деле думаю, это, конечно, чудовищно и очень неправильно. Вот у меня не было вот этой операции сознания. Все, собственно, я проговаривала многих

63: У журналистов нет эмирации сознания. Они, наверное, то, что думают в эфире, и то, что они пишут в фейсбуке, оно похоже на фейсбук же соцсети очень помогают получать фидбэк быстрый, конечно, для работы. Вот. Это же не мало того, я в какой-то момент стала получать быстрее сообщения. Ну просто вот.

64: Которые из информационной ленты просто по событиям дня. И я быстрее получала эти новости на ленте фейсбука, чем на сайтах. Например, не вот туда я ещё не пришла, мне накидали за ночь, значит, спала я сегодня 4 часа.

65: 4 часа, потому что я честно отвечала всем, я, во первых, совершенно не ожидала. Мне накидали 1500 запросов, друзья, за там несколько часов, и я старалась как-то все в личку, какие-то сообщения, как интеллигентно будет время. Я, кажется, уже, да.

66: Это тяжело. Человек, который работает много и так далее. Это невозможно. Но я пока стараюсь, честно возвращаемся. Новая работа для всех. Неожиданность вообще была эта новость, что ты переходишь работать из компании Михайлов и партнёры, коммуникационное агентство, вице

67: Президентом заниматься коммуникациями. Во первых, ничего не понятно, что такое, ну, не в агентство, а в группу, в группу. Агентство. Это часть группы в группу, Михаил Павлович. Какими коммуникациями? Что ты там будешь делать? Вот самыми что ни наесть массовыми коммуникациями, что абсолютно, я в

68: Эту группу и агентство знаю, конечно, уже очень много лет дружили с основателями на самом деле этой группы. Это да, это мои, это мои личные друзья. И мы очень много лет знакомы, дружим семьями, проводили где-то время мы знакомы с ребятами, которые работали

69: В агентстве раньше там работают, сейчас, то есть вот как-то много, много лет мы по жизни шли, вот где-то рядом это будет pr группы или pr клиентов. Вообще говоря, это чистый бизнес, это прям вот бизнес бизнес. Какой, расскажи?

70: Никто не понимает, в группе очень много направлений, это не просто чистый pr, то есть там создание там, репутации, допустим, там той или иной компании, какие-то информационные сообщения, сопровождение там работы той или иной компании, это крупные клиенты, это социология, это конса.

71: В группе 7 направлений 7. Ну вот, и этим всем мне придётся заниматься. Вот вопрос у меня к тебе сразу 1 из клиентов группы являлся или является, мне кажется, является, например, компания ржд и господин Якунин, как, как ты понимаешь, частный участник.

72: Разных информационных поводов, то про Субора, то нет, минутку. Это другая история. Да нет, это другая история. Вот, вот тут не надо привлекать сейчас к этому делу политику. Вот иногда политик, иногда

73: Иногда, pierre это просто pr, правда, pr это бизнес pr, это чёткие, понятные технологии, pierre, это наука в любом бизнесе, на самом деле, если ты хочешь долго и много, и

74: Честно, опять употребляем слово честно существовать на рынке, что делала 21 год компания Михайлов и партнёры. Ты на самом деле должен даже выбирать клиентов, выбирать, безусловно, методы и ни в коем случае не советовать своим клиентам методы, которые

75: Могут оказаться в результате в ущерб репутации всех участников этой истории. Но здесь опять ключевое слово, честность, любой бизнес, любое дело, которым ты начинаешь заниматься. Если у тебя установка, что это дело должно быть максимально честным, открытым, оно таким должно быть и будет.

76: Ну, может быть. Ладно, не буду тебя мучить. Хотя об этом я много думала, но если я не ошибаюсь, у тебя же были предложения с телеканалов, ты их все-таки отвергла. Почему? Потому что решила, что все, сейчас не момент для журналистики и для

77: Там, ты не видишь, я сейчас или ты просто вот, да, действительно хотела, да, я сейчас, вот сейчас, на данный момент, я не вижу себя в журналистике вот здесь и сейчас я не вижу себя в журналистике и, возможно, все поменяет.

78: Это совершенно не означает, что я брошу новое дело, которое мне пока вот сейчас очень нравится, и которое вызывает, правда, у меня очень большой интерес. И то, что я точно знаю, что вот, ну вот сейчас я все свои силы, просто все абсолютно, я вот, вот

79: Туда брошу я полностью, хотя телеканал дождь тоже предлагал марьяне прийти к нам на работу. Это не было такой серьёзной офертой. Н. Иначе на самом деле не, нет, я почему не, не, я тебе сразу позвонила, сказала Марьян. Если вдруг мы готовы, у нас нет таких возможностей, мы не сможем создать такую бригад.

80: Большую, которая работала у тебя, но мы с удовольствием тебя увидели и в данном случае опять подтверждаю своё приглашение, потому что мало ли вдруг твоя работа позволит тебе да, иногда делать то, что тебе нравится. Тамарой ходим.

81: Знаешь, как вот это? Я не 1 приду, я с кузнецом приду, у меня много народу, которые, которые захотели бы прийти. Что народ, скажи, что на телевизионный проект с командой по разному. Я, ну, почти всех, на самом деле.

82: Ну, я слово устроил, это очень плохое слово. Я его совершенно не знаю. Пыталась помочь. Да, конечно. Ну, конечно, да, да, я договаривалась и кому-то смогла помочь. И очень этому рада, очень рада. Кто-то не смог устроиться, но

83: В таких меньшинство. Вот Роман супер. Я тут прочитала, что он, типа, без работы с августа. Ну или, ну, у Ромы такая эпизодическая работа. Ну, почему он, он печатается? Он берет интервью для глянца, там, для 2 журналов. Ну, такой постоянно снимает сейчас документальный фильм.

84: Котором ему, кстати говоря, помогает рен тв. И за что большое спасибо. Это наша такая давняя история про девочку бабочку Надю Кузнецову. Рома сделал серию замечательных сюжетов про Надю мы планировали продолжать

85: И Рома доснял это продолжение, делает кино, и это будет сильно. То есть, если ты вернёшься, то со своим кагалом. Я поняла, сколько человек работало в программе, сколько человек делала программа. Сейчас внимание. Сейчас это очень важный вопрос. Ну, у, на

86: Только в штате недели, не считая, как ментально аффилированных с нами операторов, стрингеров и так далее, работал 21 человек. А сколько, если совсем человек? 40 человек, 40 делали еженедельную программу? Ну ну, в обще.

87: Сложности, да, если считать режиссёров монтажа каналов. Да, конечно, да, мы делали очень трудоёмкую вещь. Вот с телевизионной точки зрения то, что мы делали, это невероятно трудоёмко. У нас очень были густонаселённые сюжеты, где

88: Было там по там 6, 7 героев, которые находились совершенно в разных городах, в разных странах, вообще часто даже там на разных континентах. И мы ко всем приезжали либо сами, ну, либо там в очень редких случаях корреспондент, оператор.

89: Можно, конечно, режиссёр, конечно, да, и это очень трудоёмко. То есть мы, да, и ещё плюс к этому у нас был проект получасовой, такой большой репортаж, такой классический, большой получасовой репортаж, профессия, репортёр, это называлось, нет, вот уже репортёр.

90: Репортёрские истории. Угу. И полтора часа эфира у нас было в неделю. Вот, казалось бы, че такое? Полтора часа эфира. А мы убивались, конечно, с утра до ночи. То есть, ну, буквально ради этого. И здесь какой был программы, если не секре?

91: Ну, достаточно большой, большой, да, просто это абсолютно не то, что мы не можем пока позволить себе пригласить вас всех, нет, но то, что мы, ну, то есть мы открыты, и для возвращения тебя условно в профессию будешь скучать. Спасибо в этом. Иногда приходи в этом как раз проблема на самом

92: Деле, что мы делали? Мы развивали как могли. Жанр репортажа это очень трудоёмкая и финансово затратная история. Ты это знаешь как никто другой, да, поэтому тут тут сложно. А именно ты знаешь, какая у нас появилась тут идея. Мы 1 раз

93: Попробовали пойти в краудфандинг. Ну то есть я сейчас не говорю про марафон по сбору денег для телеканала, когда зрители нас поддержали. Нет, мы захотели, в общем то, традиционно показать господина хорошего в новогоднюю ночь.

94: Телеканал дождь, но это уже традиция уже там 4 года. И мы много переживали тоже с этим проектом разных разных этапов. И и все было не так просто, но так или иначе был запрос от зрителей, говорит, ну так когда вернётся господин хороший, так как проект стоит достаточно дорого, ну, для

95: Для нас, в нашем понимании, то мы поставили проект на планета ру, и за там 2 недели собрали 2 000 000 ₽ на этот проект. Знаешь, при том, что для каждого отдельного человека, кто принимал в этом участие, это были небольшие деньги. Основной чек, скажем так, это был 300, 400 рубле.

96: Знаешь, ну то есть то, что, наверное, человек может себе позволить. И вот у нас сейчас есть такая идея попробовать на такие проекты собирать. Вот, например, проект лошака, который, я не знаю, посмотрела ты его. Да, да, да, это чудесный проект. Да, да, это чудесное, просто кино, он для нас тоже был дорогим, но опять несравним.

97: С бюджетами, там больших каналов. Вот, но он получился, мы поняли, что, конечно, такие, такие надо делать. Конечно, надо делать это очень правильно. И вы молодцы, что вы это делаете. Здесь принципиальная вещь, это не имеет отношения никоим образом к цикловым программам.

98: Все, что все, что имеет отношение к новостям, это цикл не может любая программа из жанра информационного. Выходить там раз в 2 недели, например, не может. Документалка, конечно, боль.

99: Какие-то проекты, да, какое-то даже там серия интервью, допустим её можно как-то записать, потом выдавать в эфир, но вот то дело, которым я занималась всю жизнь, информация, она не может вот так вот собираться на это деньги с миру по нитке. Это немножко все-таки попахи.

100: Таким дилетантизмом. Это неправильно и слишком долго. Мы вот в этом смысле с моими друзьями и коллегами по неделе. Мы, конечно, избалованы, конечно, потому что мы работали на нтв в лучшие времена для профессии, когда

101: И были лучшие кадры и техника, и самое главное, возможность максимально профессионально, насколько это возможно, стараться, во всяком случае, заниматься вот этим очень трудоёмким и сложным процессом и делать это

102: Ну, в общем, ну, не по-дилетантски повезло, и это, да, и этот опыт многолетний, который был, он, в общем, в каком-то смысле, конечно. Ну, по хорошему развратил, потому что дальше все остальное, когда вот ты собираешь с миру по нитке и набрал как бы, на пол программ.

103: А потом ты делаешь из этого всю программу, и ты делаешь это плохо. И ты понимаешь, это плохо, это плохо. Тут, к сожалению, вот эта история неприятная, обидная, да, как вот что надо сделать, чтобы выглядеть на 1000000, потратить 1000000. Вот, к сожалению,

104: В этом, в этом тоже. Хотя, конечно, дело исключительно не только в деньгах, это понятно, это совершенно очевидно. И, ну, просто сейчас, опять же, контекст такой, что вот в случае, опять же, если вернуться к нашей ситуации, понимаешь, когда мы сейчас вещаем из квартиры, там, знаешь, на 3 камеры,

105: С 1 планом, с 2 планами. Мы прекрасно понимаем. И запрос зрителя сейчас на то, чтобы, ребят хоть как-то. Ну пожалуйста, дайте нам продолжайте давать нам адекватную там картину мира. Давайте нам вашу точку зрения, давайте другую позицию, давай разные.

106: Давайте дискуссии и так далее. Дайте нам аналитики, больше, дайте нам интеллектуальных Разговоров больше и так далее. Только, да, только обрати внимание, у вас все-таки получается больше журналистика мнений, это больше журналистика мнений, да, и это в том числе

107: Наша была позиция тоже, мы не отказываемся от журналистики. Факты и условно в новостном эфире это факты, но во всех авторских программах, а практически все программы на дожде, они авторские, конечно, мы это выталкиваем. Ну как бы мы выводим

108: Это на передний план, да, потому что, знаешь, например, опыт американских новостных каналов тоже показал, что побеждает только passion, только эмоции, только своё личное уже отношение в америке. Кстати, в америке, кстати, очень много разговорного жанра в новостях нет.

109: Сплошной разговор, разговор, разговор мне как раз это очень сильно, вот меня это, а вот мне как раз напрягает, а мне как раз, знаешь, так как я, конечно, совершенно был дилетант там, в телевидении и так далее. И нас когда обвиняли вот это

110: В телевизоре вот сплошные говорящие головы. Я приехала в америку, я смотрю всех говорящие головы, да, как все синн, мс, энбиси, фокс, они все это сплошные говорящие головы. Это правда, да. Более того, в 1 и той же студии практическ.

111: Я когда пришла внутрь, я говорю, а где у вас разные там локации? Говорю, да, никак. Вот все перевернулись и работаем сюда. Это крупнейшие компании, лидеры новостного информационного вещания в америке, богатейшие компании. Да, безусловно, у них есть, например, авторские телевизионные программы, которые

112: Который заключается, собственно, в том, что выходит автор, и, глядя прямо в камеру, да, минут 10, говорит. Более того, иногда появляются фотографии даже в качестве подтверждения гонорара, в качестве подтверждения, да, такие гонорары мы идём в эту популяр.

113: Не снилось, но это знаешь почему? Потому что картинка это все же форма. Люди хотят содержания. И если в данном случае содержание, текст, который произносит человек, важнее, значит, надо. Я в этом смысле абсолютно олдскульно.

114: Сказал скульно я, как правильно это все? Можно ли это склонить? Да, это выражение, я тоже не уверена, но в любом случае я приверженник вот старой школы, и, на мой взгляд, нет ничего. Вот клёве, чем репортаж с места событий.

115: Я репортёр, конечно, я понимаю. Я вообще по 1 своей профессии, конечно, репортёр много лет проработала репортёром и использовала уже, когда стала ведущей. Я использовала любую возможность, чтобы встать и поехать самой там, куда-то, где вот что-то происходит. Не просто брать интервью, а ещё снимать.

116: Привозила репортажи. Я привозила не просто интервью, репортажи от репортажей никто не отказывается, и там тоже нет, это очень важно. Включение с места событий важное, просто никто в данном случае репортажи все равно у них, а меньшинство, в отличие от там bbc или английской школы журналистов нет, я сейчас, если мы говорим про прямые включения с момент,

117: Так далее. Это 1 история, и американцы очень это любят, если мы говорим про репортажи классические, сложно снятые, смонтированные и так далее. Но не в новостях. Обрати внимание, посмотри вот в новостях, если говорить про соотношение прямых включений в

118: Больше, конечно, я тебе могу сказать. И, к сожалению, опять же, вот синн, которые оставались долго классическими, такими скульными, они стали проигрывать, они проиграли все рейтинги FOX ньюс, их сделали, начали их тоже делать, и

119: Вот сейчас не буду врать, там несколько лет были там на 3, 4 позиции, понимаешь, тут случилось, сделала именно журналистика. Тут я с тобой, да, я поспорю, тут вот присутствие или отсутствие картинки, репортаж.

120: В кадре здесь было совершенно не главным, потому что действительно фокс, как там рупор республиканцев, и, конечно, прежде всего, да, канал мс биси, который был там, и остаётся рупором демократов.

121: Перешли вот к этой стилистике, значит мочить наотмашь своих политических оппонентов. Эмоцию люди хотят, я соглашусь, и мы её максимально пытались интегрировать в наши репортажи. Но все равно я апологет репортажа, я считаю репортаж.

122: Царём любой любого информационного выпуска программы информационно аналитической, ежедневной, утренней, дневной. Это решительно неважно. Мне кажется, что канал, у которого есть информационное вещание, конечно, должен развивать прежде всего жанр репортажа. Это понятно. Я

123: A эмоции это мы вот сейчас новый сезон, условно, ну сезон там сентября, мы очень сильно усилили, мы где-то чем то пожертвовали, но усилили как раз вот нашу репортажную деятельность. Понятно, мы не так, как вы снимаем, у нас репортаж может делать 1.

124: Чепель, который едет 1, сам, снимает, сам, потом монтирует. При этом это не умоляет. Все равно содержательность. И ребята научились даже вот так вот условно на коленке это делать, и хорошо. И мы тоже чувствуем, что репортёрская работа в информационном вещании, конечно, она очень важн.

125: Да, ну это, конечно, вы к этому придёте все равно. Ну это же вопрос только возможностей. Слушай, да, мы с 1 дня все время так как-то поджимаемся. Да, да, да. Вот сейчас Ровно ту же дискуссию ведут между собой сайты, интернет сайты информационные. Чем надо заниматься?

126: Регации там, чужих новостей или генерации собственных новостей. Кстати, как тебе проект медуза? Я читаю, я подписана, я подписана в фейсбуке, я читаю, мне интересно, как развивается проект, и мне интересно, как развивается, например, сайт рбк.

127: Который как раз занимается и генерацией, и агрегацией, и medusa, пойдёт в сторону генерации большей. Ну, пока агрегации больше, чем генерации, но ключевые такие, ну, такие базовые вещи, конечно, у них свои, да, конечно. Ну, это тоже от того, что

128: Они достаточно ограничены в средствах. Конечно, это, это, это Ровно продолжение нашего спора только вот, вот, да, переносится на нет. Когда ты можешь себе позволить, то ты все научишься делать. Поэтому это вопрос только возможностей, ну и таланта, конечно, но так я считаю, что

129: Там команда сильная, и если нам чуть побольше возможностей, то все можно было бы это сделать. Мне как раз, что у вас очень нравится, если говорить про атмосферные вещи и про эмоцию. Вот ты уже несколько раз употребил это слово, оно очень правильное, потому что столько эмоций сейчас вокруг нас, а у вас?

130: Эмоции не агрессивные, это очень важно. Вот я физически болею от агрессии, которая вокруг, я чувствую. Вот, вот реально вот сейчас все говорят про вот это градус ненависти, все повторяют, и я тоже все как мантру, градус ненависти в обществе градус.

131: С ненавистью в обществе я это чувствую невероятно совершенно мне физически от этого плохо. Я не знаю, что с этим делать, когда глубоко уважаемые мной люди начинают там, в тех же фейсбуках, раздавать моральные оценки, с кем-то расходиться. Вот тоже сейчас на себ.

132: Чуть чуть не испытала этого. Я залезла вчера в ленты как раз, ну это, это, это все, все на себя. А вот никак, никак, потому что-то я понимаю, трогает, конечно, конечно, задевает. Ну конечно, ну конечно, задевает. Хочется что-то ответить.

133: Я себя останавливаю отвечать, отвечать. Нет, дело не в том, что нельзя, но я себя останавливаю, потому что тогда ты приумножаешь сущности, просто нельзя эту агрессию возвращать, потому что ты её просто выводишь на новый виток и получаешь вот эту же агрессию только.

134: Виде большей воронки. Это очень неправильно. Я очень надеюсь, конечно, что это все как-то уляжется. И вообще мне кажется, что для нас всех потом нужен будет какой-то сеанс такой массовой психотерапии. Конечно, как-то надо будет вот из этого состояния

135: Депрессии, агрессии выходить. Сколько у тебя младшей дочке? 3 года. Вот у меня сыну старшему уже 12 лет. И ты знаешь, я поняла, что мы можем получить очень слож.

136: Поколение, потому что он приходит сюда, домой. У нас одни разговоры, какие-то ценности, мы что-то обсуждаем, а потом он вдруг ни с того ни с сего мне говорит слушай, мам, а мы только вернулись из Нью-Йорк.

137: Мы пробыли там 2 недели, мам, ну в америке же.

138: Нет, как же он мне сказал, а, ну вот знаешь, говорит, вот 1 моя одноклассница, она в америке, ты знаешь, она была троечница здесь, а там она теперь пятёрки получает. Так, знаешь, как-то вот вросто я говорю, подожди, подожди, это тебе кто сказал? Ну вот эта учительница мне сказала,

139: Я говорю, и он говорит, ну, она как бы таким образом нам объясняла, что америка это вот такая страна Двойных стандартов.

140: И ты знаешь, я поняла, что, господи, какое мы получим поколение с телевизоров, значит, федеральных каналов. Они, ну, собственно, видят весь тот ушат даже, ладно, давай, чтобы

141: Уходить в жёсткие выражения. Ну, в общем, все видят они то, что они видят в семье, они видят ещё что-то в соцсетях, в которых они тоже уже есть, да, там ещё есть 1 план, а есть ещё

142: Школа и где аккуратно, подспудно, я думаю, даже не потому, что их это заставляют делать, а потому, что они тоже часть, часть этого общества, которое точно также разделилось. И учительница, наверное, правда, искренне считает, что америка

143: Не самая лучшая страна для обучения детей. И и вот это, мне кажется, такая огромная, огромная проблема, с которой нам ещё предстоит жить очень долго. Нет, ну, в любом случае, после, понимаешь, человек

144: Вот своему ребёнку все это объяснять. Я разговариваю со своими детьми, у меня старшей дочери 24 года. Ну, это попроще уже. Она, мне кажется, закалённая моей племяннице 8 лет, я с ней разговариваю, моя мама с ней разговаривает, и её мама

145: Сестра с ней разговаривает. Ну, я вообще за то, чтобы разговаривать, вообще за то, чтобы разговаривать. Это очень важно, на это и времени никогда ни у кого нет. И как-то вот как-то оно само вроде как должны понять и само вырасти, но само, конечно, не вырастает.

146: Сами ничего не понимают, разговаривать, разговаривать и объяснять какие-то очень важные вещи, если тебе есть что сказать. Да, в давнем интервью, которое ты брала у навального.

147: Ты достаточно чётко выразила своё отношение к нему. Да. И да, да, да, да, ты знаешь, я специально мне попался где-то этот комментарий, и я даже зашла, посмотрела по ссылке и там как раз читалось, там было, там была журналистика мнения там.

148: Не сдержала своих эмоций. Ты говорила с ним про русский марш, и, наверное, у тебя были для этого вполне себе там какие-то основания. И это ещё было, по моему, задолго. Это было очень давно, очень давно. Вообще это как ты сейчас к нему относишься? Это было 1. Вообще я взяла у алексея навального ещё

149: Телевизионное интервью в его, алексея навального, жизни. Угу. Это было очень, очень давно. Повод был, действительно, его участие в русском марше, и тогда это многих как-то покорёжило, потому что, да, потому что он

150: Как-то не коррелировался его образ вот уже тогда с человеком, который ходит на русские марши, которые тогда как раз представлялись какими-то вот маргинальными и вообще какими-то вот, ну какими-то такими вот, к которым лучше конечно, не приближаться.

151: И он объяснял долго. Он вообще, он борец. Он вот так вот сразу сел. Угу, угу. Наклонился ко мне. Угу. И он был готов не со мной, а с аудиторией бороться и настаивать на своём, объяснять свою позицию. Мне он очень этим понравился.

152: Было совершенно очевидно, что у человека полемический задор, вообще умение полемизировать просто развито сильно e интервью нет, как раз к нему то у меня никакого отношения не было, мне было очень интересно, потому что это был 1 раз, когда я с ним вообще в принцип.

153: Ну, там было такое, не проскальзывало. Ты, если посмотришь сейчас, ты это увидишь. Русский марш, русский марш, русский марш. Нет, это так просто сейчас, что ему, кстати, до сих пор, до сих пор, пор, до сих пор это все ему вспоминают. Вот там последняя история, он перепостил.

154: Фотографию, по моему, президента с 2 раввинами, с какой-то такой достаточно фривольной подписью и снова наброс, наброс на вентилятор произошёл, да, в его адрес Ровно потом. То есть это такая тема, которая просто за ним вот буквально идёт, идёт и

155: Это для меня тоже такой на самом деле сложный вопрос, но он объяснял много раз, и я поняла его сейчас, вот сейчас вот я могу сказать, что

156: Он, безусловно, стал, ну, если говорить вот так, про так называемую внесистемную оппозицию, то он, конечно, стал, ну, наверное, лидером, наверное, лидером, вот во времена болотной, как такового лидера.

157: Не было, в чем многие, собственно, обвиняли несистемную оппозицию даже там сторонников, что, ну как надо же с кем-то ассоциировать движение, любое политическое движение, оно должно прежде всего иметь лидера, чтобы было понятно, что вот лидер, он

158: Такой движение, оно вот там вот такое, а потом, ну, очевидно совершенно, что в какой-то момент навальный на себя перетянул это одеяло. Ну, плюс он ещё очень последовательный. Смотри, все лидеры условно даже возникали все.

159: Даже тема русского марша, я бы сказала, последовательно. Ну вот он вообще последовательно в том, что он делает. Он доказывает в том, что он может претендовать на это лидерство. А ты можешь себе представить, что если 15 числа ему дадут 10 лет,

160: Ну, посмотрим. А тоже такой тяжёлый вопрос. Мы тут в семье обсуждали, я честно, прям дала слабину, и я вот мужу своему сказала, а мне кажется, я в этой ситуации, если у меня была возможность, уже бы сбежала. Тут, кстати, очень интересно, я слежу за

161: Реакции в аудитории социальных сетей. Вот большинство комментариев, которые мне, во всяком случае, попались на глаза, они меня удивили очень сильно. Люди пишут, что, ну, понятно, если ты идёшь в политику, ты должен быть готов к стра,

162: А ещё лучше, да, и к отсидке. Вот нельсон мандела, предположим, или там, ну, ну, много примеров, правда, много, правда, в разных странах это так. Но 10 лет, говорят люди. То есть людей удивил, людей удивил.

163: Не, вот сама, так сказать, история вся вот так, как она развивается, людей удивил срок. Вот это очень интересно. И большинство 2 года бы нормально. Ладно. Да. И двушечка. Да, да, да. Двушечка нормально, да. А 10 это тумач. И вот, вот просто почти

164: Те комментарии, которые мне попадались на глаза, они вот были Ровно такими вот это интересно достаточно, но мне че то так страшно стало. И это дело не в навальном, а просто это вдруг по совершенно сфабрикованному обвинению глупому, дурацкому человек мог

165: Посадить на 10 лет, понимаешь? 10 лет. Скажи, а вот когда ты стал следить за политикой, я помню ещё тебя. Я помню тебя, когда ты совершенно не была политику. А сейчас ты посмотри, ты пламенный, ты пламенный трибун.

166: Знаешь почему? Потому что, ну ведь телеканал же тоже не планировал быть новостным и общественно политическим. Вообще он планировался Ровно так, как я чувствовала себя тогда канал, да, для умного зрителя, да, канал с большим количеством культурных проектов.

167: С интеллектуальным таким поворотом. Очень искренний, очень честный, открытый для аудитории, которая перестала смотреть телевизор, понимаешь? И мы эту аудиторию получили. А этой аудитории начал меняться контекст ваши проекты велодорожки.

168: Слушай, все это было. Более того, это все мне очень близко. Это все моё родное, то, что я люблю делать. И, например, все социальные проекты мы бы сделали ещё сильнее, активнее, если бы на это было время и возможность. Но контекст изменился. Понимаешь? И наша аудитория пошла на болотную, наша ауди.

169: Аудитория стала как бы созрело то самое гражданское общество. То есть ты пошла за аудиторией в этой ситуации, по, понимаешь, именно за той, которую я хотела получить. Я хотела получить аудиторию, которая перестала смотреть телевизор и вернулась к нам за

170: Информации, знаешь, вот за тем новым контентом, а она развернулась и пошла в эту сторону. И я, которая, ну, я, была втянута в это, если ты думаешь, что мне это, ну, мне правда, это никогда не было интересно, совершенно неожиданно для нас тоже популярность.

171: Телеканал дождь в регионах, рейтинги телеканала дождь в регионах среди неэфирных каналов стало расти бешеным темпом просто бешеным. У нас цифры 13 года были, знаешь, как от волне к волне у нас вот такого такого роста не было ни у кого. То есть вы выбрали вот эти 16 проценто

172: Там, как у нас, это, я не знаю, 16, 16, сколько мы выбрали, у нас нет пипл метров так называемых. У нас, у нас есть пипл метры, но они не так по секундно меряют, как эфирные каналы, но они дают срез. И у нас в регионах начался невероят.

173: Рост, и мы для нас это было неожиданно. Очень такой был Московский канал. Ну так вот, знаешь, по ощущениям, и вдруг, да, не просто Московский, а я бы сказала, канал садового. Все так и думали, знаешь, все так и думали. А оказалось не так. У меня мои журналисты приезжают в маленькие города, их узнают.

174: На улицах у них берут интервью, я приезжаю вот куда бы я не выехала, меня останавливают люди, говорят, ой, телеканал дождь, мои родственники, а у меня много родственников в провинции говорят, ты знаешь, говорит, мы тут все теперь смотрим телеканал дождь. И тут стало вдруг понятно, что мы, мы совсем не телеканал.

175: Садового кольца. Это говорит о том, что людям, оказывается, нужна другая информация. Иная точка зрения, иной язык общения, значит она нужна, значит просто надо им дать эту возможность. И вот это стало, как мне кажется, это стало даже вашим бизнес проектом. Вот давай скажем так, достаточно, ну, может быть,

176: Грубо, ну это могло бы. Нет, нет, оно бизнесом в итоге то не стало, потому что нас все время обрубает что-то. Но если бы мы были в чисто рыночных отношениях, вот в чисто рыночных, у нас бы очень круто росла реклама, и она росла. То есть весь этот рост, мы же

177: Там увеличивали продажи от месяца к месяцу тоже там в разы, понимаешь? То есть такого роста и успеха никто не показывал. И опять, я же говорю, на этом уровне, да, небольших каналов, но, но это стало опасным, понимаешь? И вот эта популярность в регионах, как мне кажется, это и послужило.

178: Главной причиной, собственно, всех наших там проблем, а не какие-то там, знаешь, эмоциональные, там, не знаю, наши сюжеты, репортажи. Я просто к тому, что аудиторию её тоже надо воспитывать, понимаешь? То есть в какой-то ты идёшь за ней, а с другой стороны, ты её начинаешь воспитывать истории.

179: С аудиторией очень сложная. Ты можешь, как ты говоришь, воспитывать аудиторию в спокойные времена, когда происходит что-то экстренное, все ломается. Это не то, что человек осознанно купил подписку на телеканал, дождь заплатил.

180: Сколько у вас там сейчас 6 000 ₽ в год, 4 800 и ждёт. Ну вот, собственно, определённых вещей. Это 1 история и совсем другая история. Когда ты работаешь с очень широкой аудиторией, включаются совершенно другие вещи, другие правила.

181: Другие закономерности, все другое. Ну ладно, это такой вечный спор с моими коллегами из больших федеральных каналов. Когда они говорят, надо идти за аудиторией. Вот если они хотят, я говорю, да, если ты для себя определил, какая это аудитория, ты должен слышать её.

182: Но ты должен потом тащить её за собой, а не давать то, что, как вам кажется, это же телевидение вообще должно сеять доброе и вечное. Это, это мы все знаем. И мне кажется, это 1 из опять же главных главных бед вот вообще всего этого последнего.

183: Ну ладно, ну тут, знаете, вообще философский вопрос, потому что роль массмедиа, вообще роль как раз вот этой массовой аудитории в истории кинематографа, сериалов и новостей, как такого длинного сериала.

184: Non stop, который, понятное дело, там не прекращается, не прекратится. Это вообще об этом уже написаны книжки, уже написано. Ну вот чего говорить то вот эта самая массовая аудитория, которая пришла в кинотеатры, изменила, собственно,

185: Content всех голливудских фильмов. Не, ну, конечно, фильмы стали возможны только с хэппи эндом. Если вот сюда голливудское кино, которое оно очень и идёт за аудиторией, кстати, пытается воспитывать аудиторию голливудское кино, как правило, процент

186: С 1 стороны, с другой стороны, ценности, которые, да, вот то самое голливудское кино пропагандирует, как бы оно, в общем то, они не самые плохие. Вот мне сейчас добро побеждает зло, это же неплохо, конечно, нет, это безусловно, но это как в любой сказке, это как в любой сказке, а все равно

187: Даёт сказку. Слушай, мне ещё хотелось с тобой обо всем поговорить, но программа наша заканчивается. И вот недавно очередной этот скандал в фейсбуке, когда общество опять разделилось на 2 части, значит, публикации с дня рождения Ремчукова, фотографии и, собственно,

188: Главным, таким, понятно, таким триггером этого этого скандала, этой дискуссии была фотография твоя с леонтьевым, и я знаю, потом встретила тебя, насколько ты была расстроена не самим фактом публикации этой фотографии, а тем, что это было.

189: Была частная вечеринка, и, собственно, Алексей Венедиктов, который сфотографировал, собственно, сделал этот снимок, при этом не делая и не показывая контекст, который был до этого, да и что было вокруг, несмотря на твою просьбу не вывешивать это.

190: Фотографию, что является нормальным, да, потому что это частная вечеринка, это не, а он все равно её вывесил, что в этой ситуации больше всего тебя расстроило? Да, я бы, не, я вообще, на самом деле, я бы

191: Сама, если бы увидела вот такую фотографию вне контекста, мне бы, наверное, было неприятно вот самой, не потому что там тема рукопожатности или чего-то, ну просто вот опять-таки, вот этот такой момент сейчас вот это Ровно вот все то, о чем я. Вот, собственно, всю программ

192: Прям тебе говорю, такие настроения у людей, у всех и с 1, и с другой стороны такой вот этот градус высокий, нетерпимости вообще ни к чему, что происходит. И абсолютно я это понимаю, почему это происходит. Я это прекрасно понимаю, в каком-то смысле разделяю эти чувства. Ну правда.

193: Мы ругались, мы там выясняли какие-то отношения и где-то там уже, вот идя к двери, значит, Миша там что, что ты меня ругаешь, там все время Лёша сделал фотографию, да, и выложил её в интернет. Я действительно его попросила этого не делать, понимая,

194: Какую реакцию? Вот вне контекста, вне всего это может вызвать? Ну, он выложил я, в общем, я не обиделась на Лёшу, это его хотят, в общем, в каком-то смысле нарушения прави, конечно, мне кажется, это все-таки нарушении в данном случае. Ну, окей, особенно.

195: Когда ты об этом попросил, ну и да, и нет, вот это такие сейчас правила игры у всех, кто сидит день и ночь в соцсетях, мы говорили потом с алексеем по этому поводу, он говорит, послушай, ну

196: Ну да, пусть видят, а что такого? Ну, ну и что я говорю? Ну, Лёш, ну вот надо же, вот, вот, люди же не понимают, о чем там шла речь, о чем мы разговаривали, говорит, ты понимаешь, я как раз, да, я провоцирую аудиторию, говорит Венедиктов. Да, я провоцирую аудиторию, я профессиональный провокатор.

197: Аудитории, говорит он, в общем, не без такого бахвальства, такого, в общем, вполне понятного, но я это делаю специально, чтобы приучить аудиторию, что и с оппонентами надо, и можно разговаривать, и

198: На сложные какие-то вопросы иногда бывают простые ответы, как и наоборот, на какие-то, казалось бы, простые вещи, там нет там простого решения или там есть только самое сложное решение, которое надо там все вместе искать. Он говорит, да, я провокатор, я провоцирую, что

199: В результате все начали разговаривать, договариваться и снизили этот уровень агрессии. Да, я понимаю, что общество, понимаешь, потому что ведь не надо провоцировать, когда есть такой уровень агрессии. Вот как раз вот, может быть об этом речь, ты же сама все врём.

200: Что изменился контекст. И если условно ещё 3 года назад нужна была такая провокация, то, может быть сейчас она не нужна. Может быть сейчас надо так спокойнее, вот как бы давать, ну, давать всем выдохнуть, понимаешь, может быть, или, наоборот, начать договариваться о понятиях.

201: О каких-то вещах, которые надо проговорить, как разговаривать с оппонентом, как вообще разговаривать со своим оппонентом. Ну когда у нас в семьях очень у многих в семьях, конечно, одни за другие против, одни про

202: Значит другие там про что-то другое. И это по семьям идёт, как разговаривать. Это очень важно. Это разговор, который должен был кто-то поднять. Венедиктов, кстати говоря, пытается это поднимать. И это важно, это во многом. Поэтому я вот на него, например,

203: Ни разу не обиделась, наоборот, поняла его мотивацию. Ну, я в этой ситуации всех понимаю, я понимаю. И Венедиктова, которому по приколу выложил, по приколу. Понимаешь, это рождает вот такое все. И понимаю людей, которые это как-то комментируют, там, интересно, разделились на 2

204: Лагерь. Одни говорили, ну а че теперь делать там, ну, допустим, даже твой оппонент, а что же в рожу цепляться там своему оппоненту? Да, это очень серьёзный вытащил вопрос. На самом деле, это правда, это очень, это важный вопрос, который, опять-таки, самым непосредственным образом имеет отношение к тому,

205: Что я тебе пытаюсь сказать, что я тебе пытаюсь сказать всю программу. Я Ровно это и говорю. Я очень чувствую вот эту даже не степень агрессии там всех, всех и с той, и с другой сторон.

206: Я очень остро чувствую невозможность говорить спокойно. Вот я не, я не могу в журналистике, в моей профессии переходить на крик. Ну не могу. Ну я, я не умею этого. Ну, правда, я

207: Олдскульно абсолютно это может быть минус мой, потому что современные все там ребята, привыкшие уже ко всем социальным сетям, к этой стилистике, вот к словечкам вот этим, как бы, которые там употребляются, к этому всему, они, может быть

208: Чувствует, что ну вот это устаревший стиль, которым, к которому я привыкла. Вакабуляр у меня там определённый вот с тех вот старых времён, но для меня принципиально важно пытаться разговаривать ровным голосом со всеми. И это вот Ровно

209: Ситуация, когда я чувствую, то есть ты уже не могла, для меня это катастрофа, я не могу разговаривать. То есть я должна стать партийным журналистом. Я вот в этой ситуации, в которой мы оказались, я должна либо пойти вот туда, либо сюда. Феерическое возвращение михаила юрьевича.

210: И такая же, ну, скажем так, не феерическая, но неожиданная отставка. Что ты по этому поводу, я не знаю, ты вообще 1 из магнатов, я его видела в жизни 1 раз. Ну хорошо, наверняка задавался этим вопросом.

211: И уход тогда, и возвращение сейчас это 1 из главных игроков нашей. Это, это, это может это история из серии жизнь причудливее вымысла. Иногда все может быть абсолютно. Ну как это вот принцип бритвы акама.

212: Не надо искать сложного решения, если есть простое, вот иногда оно оказывается самым верным. Я вообще не любитель каких-то там теорий, заговоров. Я совершенно не понимаю, че там, кто, кому, чего, с кем вот совершенно и даже, честно говоря, не хочу.

213: Разбираться, мне кажется. То есть тебя как человек 1 из участников этого, а я совершенно не участник вообще. Вот, вот, вот этих всех вещей я никогда не ходила ни на какие совещания, ни на какие. Ты же столько лет занимаешься, журналистика.

214: Ну это же разные вещи вообще. Ну как это 1 из людей, который, в том числе, поменял за год очень сильный медиа ландшафт. Ну вот, вот это ко мне и к моей работе, не

215: Имеет н малейшего отношения. Я тебе не интересно, совершенно не понимаю, что там произошло. Если бы я делала сюжет, допустим, на эту тему, конечно. То есть, если бы мне это надо было для работы программа, ну, во всяком случае, я бы

216: Конечно же, попробовала бы добиться интервью собственно ньюсмейкера это у михаила Лесина, естественно, попробовала бы получить ответ от него самого. Это вообще самый лучший способ. Если бы не получилось, ну, возможно, попробовала бы записать там.

217: Того или другого каких-то людей, которые мало мальски в курсе проблемы, но уж во всяком случае, это не были бы мои личные домыслы. Че там произошло? Почему в том-то и дело? Я бы транслировала мнение людей, которые мне представляются компетентными в вот в этой

218: Ситуации конкретной, а говорить от себя. Ну, ну, откуда я знаю? Ну, правда, мне кажется, это дилетантизм, это неправильно. Хорошо. Это к вопросу про журналистику мнений. Угу. Я знаю, что ты и так смотришь. Телеканал дождь. Мы продолжаем свою подписную компанию, потому что с января мы начинае

219: Без рекламы мы живём только на деньги наших подписчиков, нашей аудитории. Вот. Поэтому я тебе тоже дарю подписку, чтобы ты её подарила кому-нибудь из близких. Подписывайтесь на дождь, потому что с 1 января у нас начинается, но

220: Новая, интересная и сложная жизнь. Марина, спасибо тебе большое. Я тебе хочу пожелать в наступающем новом году вот этот твой новый опыт, этот вызов, который ты приняла для себя, чтобы ты не разочаровалась, чтобы у тебя

221: Получилось, чтобы тебе работа нравилась также до чёртиков. Ты её так любила. Я вот не говорю сейчас про спокойствие там, про семью и так далее, потому что для тебя я знаю, что такое принимать решение о смене. Ну так вот, вообще.

222: Какой профессии? Это очень тяжело, непросто. Это прям очень тяжело. Поэтому я тебе желаю здесь удачи. Спасибо большое.