0: Дорогие друзья, мы начинаем 243 лекцию нашего цикла композитор Иван Соколов о музыке от баха до наших дней. И это 3 лекция, посвящённая

1: Творчество римского Корсакова. Я хочу рассказать о его опере, сказание о невидимом граде китиже. Я очень люблю эту оперу и

2: Постоянно её, в общем, как бы обращаюсь к этой музыке, постоянно играю её по клавиру, размышляю о ней. Я очень хорошо помню, как игра.

3: Льва николаевича Наумова на фортепиано игра на уроке, похвалы пустыни меня так немножко поразила, я даже сначала не понял я не знал эту музыку.

4: Потом нам Юрий Николаевич Холопов по анализу формы задал проанализировать оперную форму, вступление похвала пустыни и 1 сцену из.

5: Kitty и вот тут я уже взял эти ноты.

6: Поиграл это вступление и посмотрел, что же там происходит дальше, и хочу вспомнить моего замечательного преподавателя по анализу форм.

7: Ведь как у нас было, у нас лекции читались по форме лекции читал Юрий Николаевич Холопов, и он давал на лекции какие-то задания, которые мы должны были проработать дома.

8: Сами индивидуально, и принести уже не ему, а у каждого был индивидуальный педагог, композитор по анализу формы, композитор, преподающий не композицию, а именно форму, но преподаю.

9: Форму как композитор. Вот это совершенно гениальная такая вот такое изобретение. Тут и теоретик, и композитор нам на нас влияют, и

10: Константин Константинович Баташов, который у меня был, который, слава Богу, сейчас жив. Мы общаемся. Ну, правда, редко, но вот я очень благодарен ему, и я часто вспоминаю его, он рассказывал нам.

11: Про эту оперу он сравнивал композицию 1. Я уж сейчас не помню, как я буду, как я буду рассказывать его трактовку или мою трактовку. У меня все.

12: Потому что этот урок был когда-то в 79 году, больше 40 лет тому назад. Сначала струнный вот этот шелест листвы.

13: Дальше, дальше какие-то мелодии духовых и птички.

14: Как это мы слышали в предыдущих 2 лекциях я играл похвалу пустыни. Вот, а птицы это уже все-таки не деревья, а уже, ну, какие-то живые существа, а потом, после птиц.

15: Возникает голос человеческий сама, сама Феврония. Я оканчивал в первых предыдущих 2 лекциях о римском корсакове как раз на том месте, где открывается занавес и.

16: Ремарка римского Корсакова в заволжских лесах близ малого китежа в глухой чаще стоит истопка малая древолаза.

17: Вокруг дубьё везье да, сосны. Ну, понятно, что вроде бы, так сказать, брат февронии, а брат это не брат, это вот тут, так сказать, вот они оба друзья по Богу, вот поодаль.

18: Гремячий ключ, Межень лета, Середина лета, птицы поют, кукушка кукует дело к вечеру очень важно, когда мы изучаем.

19: Оперу. Вот эта постановка, интерпретация. Очень много сказано о том, какие сейчас ужасные постановки, да, вот здесь тоже не нужно думать, как это поставить. Нужно играть музыку по клавиру.

20: По партитуре глазами смотреть и смотреть оперные ремарки композитора или братис, а уже интерпретаторы, например, где-то в Австрии поставили эту оперу, как вот красноармейцы и фашисты или там

21: Золотой петушок в большом театре поставили там.

22: В костюмах 20 века. Ну причём тут это может быть талантливо? Я сейчас не хочу об этом сейчас спорить, даже начинать этот спор, но в любом случае, вот очень для меня лично очень важно.

23: Именно вот как композитор и понятно, что для меня опера это музыка.

24: 100%. Я тут, так сказать, говорю за разговор с композитором, поэтому я никогда оперу не напишу, хотя, может быть, даже и напишу в конце Концов. Но любая постанов

25: Это всегда очень такой, для меня всегда вещь некая опасная. И вот появляется Феврония.

26: Ах ты, лес мой лес, пустыня прекрасная начинает петь. Но это, это, это не ария, не речитатив, это просто вот.

27: Вот эта интонация, такая самая типичная интонация для русской народной песни с 1 стороны, это соли део глория, с другой стороны, это русская народная песня, тут каким-то образом угадано.

28: Сочетание баха и России и в музыке тоже вот это, это баховское, очень по-баховски звучащее. Вот и эти птицы, которые сам текст феноменален.

29: Его можно читать. Ах ты, лес мой лес, пустыня прекрасная ты, дубравушка, царство зелёное, что родимая мать Любезная, меня с детства растила и пестовала. Ты ли, чадо своё не забавила, не?

30: Разумная ты ли не тешила днём умильные песни, играючи, сказки чудные ночью нашёптывая птиц зверей мне дала вы, товарищи, а как вдоволь я с ними натешусь, нагоняя?

31: Видение. Сонные шумом листьев. Меня угоманивались в тут надо читать эти стихи, как часто они в

32: Текстах просто непонятны по дикции. А когда мы видим эту бегущую строку, это тоже нас все отвлекает. Надо, ну, лично я за то, чтобы изучать оперу поклав.

33: Медленно, как Чайковский, проигрывал вечерами от начала до конца оперы вот и здесь, в конце, она уже где же вы, дружки любезные, тут прибегаю.

34: К ней звери прилетают птицы, и она их начинает кормить, и мишка прилетает, и все это изображается в музыке такая лесная сцена, моя самая любимая, 1, а потом вдруг появляет.

35: Князь Всеволод, который гнался за медведем, медведь его Ранил, а он хотел его убить и гнался за ним, и медведь убежал, а он раненый, и она.

36: Видит, что ему нужна помощь, и перевязывает каким-то, в общем, целебным листочком лопуха или чего-нибудь, весь рукав то ведь в крови.

37: Стрелся я с медведем, заблудившись, уложил ножом, а он рванул по плечу мне вот полно, не кручинься от единой смерти, зелье не бывает, я обмою рану дождевой водою.

38: Жук кровавой травке придорожной подорожник да алых лепесточков, маковых листочков мигом кровь уймётся, Лютый жар остынет. Вот, ну и.

39: Он увидел её красоту и думает, что ж такое вот. Потом она станет его женой. Собственно, на этом то весь сюжет и звать февронию. Живу при брате, он же древолаз и.

40: Нынче лазит где-нибудь за ярой пчёлкой.

41: Нет у нас достатка никакого, а зимой и нужда бывает, а зато придёт весна в пустыню, и начинается опять эта музыка, роскошная, с этой роскошной красотой, как она воспевает ему эту?

42: Чудную жизнь, и вот он её спрашивает а ходишь ли молиться в церковь божью? Потому что он уже задумал её взять к себе, она должна быть православной.

43: Да нет, ходить то мне далеко, милый, а и то ведь Бог то не везде ли вот эта интонация?

44: Она русская, народная, она совершенно не церковная, но и вот начинается этот день, и ночь у нас службой воскресная.

45: И начинаются колокола, она видит себя в церкви. И, в общем, вот эта вот какая-то природная церковная служба начинается, литургия какая-то совершенно

46: Удивительная, удивительная музыка, и он приходит в восторг. Вот и конечно,

47: Вот он говорит, что я ещё приду к тебе, вернусь.

48: И спалась уста сахарные.

49: Вот, и тут как раз появляются эти самые его дружки, которые его потеряли, они нашли, и он ей сразу делает предложение, и она сразу соглаша.

50: Вот потому что она невероятно простая, но я, говорит, недостойна ты, конечно, говорит мой суженый, но не по силам, мне не по разуму, и он как-то её уговарива.

51: Тут удивительная конец этой 1 сцены, гениальной совершенно вот они охотятся, рога раздаются.

52: Вот. И 2 сцена это уже в городе, тут сцена с Мишкой. В 1 картине тоже был мишка, тут 6 картин, 4 действия. Вот.

53: Во 2 картине городской пейзаж вот покажи-ка, мишенька, покажи, дурашливый, не хочу сейчас пересказывать всю оперу, весь сюжет, но опера.

54: Корсакова здесь 1 сцена китежа, она ставит 1 картина.

55: Она ставит нам картину мира, модель Вселенной и модель в виде церкви вот в начале как бы вот что-то нематериальное внизу, вот это вот

56: Литавры, потом, арфа, потом

57: Ну, литавр, это, можно сказать, какие-то камни, там, может быть потом арфа и начинается вот эта вот листва арфа, это может быть земля, пустыня, вот. А листва это вот это вот потом птицы и так далее, и потом

58: Ангелы и человек Феврония, и она поёт тоже сначала о простом, а потом в конце, о Боге и подобную же картину мира.

59: В опере сделал Вагнер в loengreen вот об этом я не помню, говорил ли нам Баташов, но в общем, в сущности, если мы посмотрим знаменитейшее гораздо более.

60: Знаменитая, чем 1 картина китежа вступление к лен грину фор шпиль, то мы там увидим вот это вот начало, там совершенно все по другому там начинается с ангелов сверху.

61: И постепенно опускается на землю струнные, деревянные, медные и ударные оркестр. Вот, а потом человек, ну и каждый выбирает, как, что ему больше нравится. Вот как.

62: Какая картина мира? Вагнеровская картина мира из вступления к луин грину? Или картина мира, данная здесь. Вот, конечно, римский Корсаков знал это, и, конечно, ему тоже нравилось. Я думаю, что он, ну,

63: Сознательно или бессознательно. В данном случае это не важно, конкурировал ли он с вагнером. Не будем на эту тему обсуждать свои соображения, просто каждый по гениальному все это решил. Вот.

64: Потом, значит, появляется князь Всеволод Юрьевич и выясняется, что значит вот татары идут на китеш.

65: Есть. Вот удивительно совершенно эти 3 песни отрока, как они узнают, что татары идут на китеш, приходит слепой отрок.

66: Отрок вбегает на колокольню и оглядывается на все 4 стороны, но оглядывается, оглядывается он не может видеть сначала это дана вот эта картина игрищ, а потом вдруг это все немножко меркнет. Вот.

67: И вот это вот появляется вот эта вот церковность какая-то в музыке чудная небесная царица.

68: Наша ты заступница, святая милостью великой.

69: Не пыль столбом поднялась до неба, белый свет весь застилается, они молятся, а он слепой.

70: Но он как бы видит гораздо больше, чем, чем они, потому что он это, это, в сущности, уже как бы образ будущего золотого петушка, он прозорливый, как матрос.

71: Он говорит, что будет и что мчатся кони ордынские комании ордынские скачут полчища со всех сторон, их знамёна развиваются, их мечи блестят.

72: Булатный вижу, как бы китеш град горит, пламя пышет, искры мечутся, и вот эта такая музыка, это тема, полностью знаменитая с этими секс аккордами.

73: Страшными скачка из ворот река течёт, вся из крови Неповинная, и летают в раны чёрные, тёплой кровью упиваются ох.

74: Страшна десница божия братья, молитесь и 2 молитва чудная небесная царица.

75: Наша ты заступница святая, милостью небесной, не остави китеж, град и Перу.

76: Под покрою своим Покровом и осрок поёт горе, горе граду и

77: Вот этот мотив труп, который в фа мажоре главный мотив.

78: Такой момент необычный трезвучие, оно сплющивается до 1 звука.

79: Вот такой диссонанс, это как, ну вот, говорит, ну вот в старину они ещё не знали этих трезвучий, они ещё вот так немножко вот такая терпкость языческая. Вот. А здесь

80: Как-то очень тихо, без крестов, горе, горе, граду, китежу без крестов, церковной маковки. Вот мы ведь всю ведь пророчество, всю 20 век видим, что этот.

81: Весь китеш, вся эта Россия, она весь 20 век почти будет под, под землёй. Вот. И, конечно, вот эта вся, вот эта уже быть китиже разграбленным китиж.

82: Вся русь, в сущности, оказалась, и как это он все чувствовал, а и опять вот это вот хор поёт после 2 песни отрока уже.

83: Фуга чудная, небесная царица.

84: Вдруг молитва делается как бы баховской, такой уже европейской и

85: И вот начинается 1 из самых удивительных мест в этой опере 3 песня отрока пустоше.

86: Пламя акафиста, что над светлым яром.

87: Озером белым облаком одеяно, что фатою светоносною

88: В небе тихо, ясно, благостно, словно в светлой церкви божьей, это самое удивительное, самое таинственное.

89: Место шоломя это небо, это пространство пусто, шоломя окатисто, что над светлым яром, озером, белым облаком одеяно что

90: Тою светоносною в небе ж тихо, ясно, благостно, словно светлой церкви божьей.

91: Что над светлым яром поле?

92: И такая музыка. Вот тема вашу.

93: Облаком ход, что ю?

94: В небе тихо, ясно пла.

95: Словно в светлой церкви вот этот фа мажор.

96: Я не сразу понял гениальность этой 3 песни отрока, но я запомнил рассказ Константина константиновича Баташова об

97: Этой 172 цифре.

98: В клавире 182 страница в клавире из полного собрания сочинений, и Константин Константинович рассказал мне о том, как

99: Он когда поступил в консерваторию, ведь в то время, ну вот, Константинович, с 38 года, ну вот он поступил там в 57, предположим, вот.

100: Никаких не было интернетов, там в виде звукозапись была очень, так сказать, редко можно было послушать что-то пластинки были все это таким, в общем, ну, раритетом в основном.

101: Были такие, ну, головы потрясающие люди, которые сидели и все, или наизусть играли, или брали ноты. И вот так вот шпарили все подряд с листа в 4 руки, в 2 руки и

102: Могли часами своих однокурсников таким образом просвещать, воспитывать, которые, ну, немножко меньше, так сказать, были талантливы в смысле чтения с листа, но и вот такой головой.

103: Был такой композитор атар черги вилли. Вот у него очень трагическая судьба, он покончил жизнь самоубийством. Вот моя мама рассказывала потрясающие про него вещи. Он всех

104: Спасал на всех экзаменах. Он всем, всем, все играл отарчик, они его называли. Ах, Атарик, отарчик. Как-то время было страшное. Я не знаю, что там произошло, но, в общем, у всех была ужасная жизнь. И вдруг Баташов.

105: Рассказывает нам мы были с Серёжей неврам, мы вдвоём ходили на эти индивидуальные занятия по анализу формы, рассказывает про этого аватара, как они с ним подружились, а знаете, как мы с ним подружились, потошел.

106: Говорят.

107: Я его спрашиваю, или он меня спрашивает?

108: У тебя какая самая любимая опера римского Корсакова? Я говорю, китеш моя тоже.

109: Gratar.

110: Пожимают руки.

111: 2 вопрос а какое самое твоё любимое место из оперы китеш? 3 песня отрока пусто, шеломи акафиста моя тоже.

112: И все, и дружба до конца, понимаете, вот тут совсем нет никаких нот. Но вот понимаете, вот этот покой, это святость, это

113: Тишина это какое-то невероятное возвышенность этого места, объективность, и они, эти 2 мальчика, в сущности, оба.

114: 1, слава Богу, жив, другой вот в 33 года, в 71, по моему, в 71. Не знаю точно, в каком ушёл из жизни. Вот талантливый очень композитор и

115: Они оба поняли гениальность этой 3 песни отрока. Вот, а потом начинают вот этот вот переход ко 2 картине сечи при кержен.

116: Этот оркестровый эпизод, и татары, в общем, захватывают китеш, они приходят там с гришкой, с этим ужасным тоже.

117: Феврония его жалеет, они хватают гришку, гришка предаёт февронию, он говорит, что Феврония ведёт татар на китеш такую страшную, такую подлог допуска.

118: Вот, и когда они оба связанные там, в общем, татары, их схватили февронию и гришку. Феврония говорит, давай.

119: Убежим они, они напились, пьяные, вот и говорят а тебе бежать то, Феврония, тебе, тебе, девица, бежать некуда, ты.

120: Они тебя возьмут. Я почему? А я сказал, что ты показала в лесу дорогу. Иван сусанин, да, наоборот, показала дорогу на на китеш. Ах ты, ах ты, ах ты, золотой ты.

121: Мой, давай я тебя отпущу, тебе ж надо покаяться, она его жалеет.

122: И она его отпускает. Вот чтобы он покаялся. Вообще. Удивительная такая тут сюжет. Уж ты, Гриша, ты уж не антихрист ли, что ты, что ты. Где уж мне, княгинюшка, просто.

123: Я последняя пьяница, нас таких на свете много. Есть слезы пьём ковшами полными. В общем, тут, знаете, просто рыдаешь, когда это все играешь, просто рассказываешь. Отпусти меня, княгинюшка.

124: Вот и тут есть такое удивительное место бедяй бурундай, они уговаривают февронию принять свою татарскую, мусульманскую.

125: Веру и говорят, ты не бойся, ты у нас будешь, у нас много жён, ты, мы тебя будем любить, ты давай вот, может, мол, за кем из нас сама пойдёшь, вот и свезу тебя в

126: Орду возьму, к тебя возьму замужество в цветном шатре посажу тебя, не плачь, красная девица свезу тебя это перебивает, да? А, бедяй, говорит, да не.

127: Он тебя будет учить плёткой, дашь мне девку, будешь другом мне, а не дашь, и будешь недругом бурундай, они спорят с бедем из за неё. Недруг твой, так наш тебе бедяй.

128: Падает мёртвым на миг молчание. В общем, они подрались, 1 другого убил и, в общем,

129: A2 пьяным лёг. Вот.

130: И ты не бойся нас, красавица, ты не бойся нас, не бойся, красавица.

131: Наша Вера Вера мягкая.

132: Не креститься не поклон.

133: Такая странная музыка, ты не бойся нас, красавица наша Вера Лёгкая, ни креститься, ни поклоны бить, а уж будет золотой казны не Робей.

134: Лесная пташечка ближе. Ну за что неласково, вот и засыпает. Только что убил своего соперника, но ему он напился. И вот тут уникальное совершенно место в

135: Во всей классической музыке в 1 раз римский Корсаков применяет повышение ноты на 3 диеза.

136: Вот мы знаем, что есть, есть диес повышение на полтона. Да, диес это крестик такой, да, а есть дубль диез, а дубль диес такой крестик. Вот. А римский корс.

137: Тройной диес, то есть дубль диез, повышает на 2 полутона, на целый тон, а тройной диес тут можно объяснить это?

138: Повышается 5 ступень, повышенная соль, дубль диес, а нижний вспомогательный это far тройной диес, но почему?

139: Римский Корсаков даёт именно здесь тройной диес, да потому что о чем поёт бурундай не креститься, не поклоны бить. То есть то, что диез связан с крестом, то, о чем мы с вами говорили.

140: В лекциях о бахе. Вот здесь, пожалуйста rimsky korsakov уже нам это доказывает, и мы это не услышим. Он выступает как такой. В общем, последователь баха. Об этом

141: Говорили много это уникальное место в китиже, потом уствольская будет использовать тройные бимоли 3 бимоля, а в издательстве в её сонате будут менять там.

142: La тройной бемоль будут менять на Фаде совершенно другая нота. Другой смысл, другое содержание, а звучит так же. И вот это уникальное место. 220 цифра, конечно, тоже очень важно для

143: Понимание символики мистики, этой пророческой, таинственной, удивительной оперы. И вот образ февронии я не претендую на то, что в этих 3

144: Лекциях о всем творчестве римского Корсакова дать гениальный образ тут надо просто читать текст этой оперы, надо 1 пальцем все это играть и вникать в эту религиозную символику.

145: К сожалению, купюры вредят опере, оперу надо ставить без купюр и терпеть, и понимать, что не все так сразу до публики сценически дойдёт.

146: Но это все очень дорого, пытаются извлечь больше денег, обогатиться и певцы, и режиссёры, и театры, и даже при жизни римского Корсакова, когда вот

147: Феврония умирает. Вот эти половцы, они, значит, в конце, тут все-таки 4 действие, они, так сказать, на это, в этом пространстве.

148: В этом мире они празднуют победу. Вот это увеличенное трезвучие

149: Занавес увеличенное трезвучие для римского Корсакова это страшная гармония.

150: Это страшный звук, 1 звук, звук как мелодия, звук как тема, звук, как, знаете, страшный набат такой валторны, а потом другой звук.

151: Отстоящий от 1 на тритон.

152: Вот это страшное созвучие тритон для римского Корсакова это очень необычно это был classic, это был консерватор, это был пурист, он Скрябина не признавал.

153: Даже до своей смерти, до 8 года он говорил про Скрябина. Ну это, конечно, гений, но все-таки какой то квадратный корень из минус единицы. Нет, все-таки как то вот так вот математическое

154: Такое использовал для, для Скрябина выражение. Ну все-таки это какое-то, это на грани религиозно эротического помешательства, все, что он делает, или, ну это рубинштейновской, это про раннего Скрябина он говорил.

155: Музыка полутора настроения это все, это все цитаты Римских Корсаков оо скрябине. Вот.

156: И вдруг вот мы говорили, сколько у нас было про Скрябина лекций 30, наверное, да, мы про тритон постоянно говорили. И вот он, тритон, у Скрябина ещё не было фактически. Ну, был, конечно, но вот так вот в лоб.

157: Карандашом в черновике римский Корсаков пишет привет ребикову сам на себя такую, юмор такой. А Рябиков Владимир Иванович это композитор.

158: Тоже особый разговор это как бы 1 русский авангардист предавангардистское в 66 родился в 20 умер автор известной оперы ёлка, довольно, так сказать, модерновый.

159: 899 года не был принят в консерваторию танеевым, потому что Танеев решил, что у него нет слуха. Вот. И, в общем, конечно,

160: Не прав был Танеев, потому что потом Танеев над ним немножко издевался, говорил, что он ко мне в шляпе пришёл. Это сабанеев пишет в воспоминаниях. Вот, но в любом случае Ребиков

161: Пытается использовать и кластеры, и какие-то квартовые созвучия, то, что в то время, в общем то пытался сати дебюси очень много музыки разной, и она не так давно только была

162: А впервые сыграно, исполнено. Мы, мы очень, ну, медленно наши сокровища осваиваем. Вот, вот этот привет ребикову, в сущности, как бы вот намёка.

163: На то, что-то, что сделали татары, это как бы немножко конец света, и даже забавно, что римский Корсаков где-то, кому то когда-то сказал а ведь после моей то музыки ведь уже музыка никуда.

164: Да, больше не может развиваться. Не помню, где я это прочёл, но я это не мог придумать. То есть даже римский Корсаков считал как Скрябин, что вот он завершает, ну, развитие.

165: Искусства музыкального. Вот это самое удивительное.

166: И уж не говорю про кейджа, про Скрябина, про Прокофьева, про, ну, кого угодно, кто мог бы себя считать, как бы, так сказать, завершителем вагнера там, я не знаю, бетховена.

167: Римский, как вот это, это все об этом тритоне, а в 4 действии начинается

168: Мистерия вот появляются, появляются не сразу в 1 картине опять эта глухая чаща и там Феврония с кутерьмой, они ещё, так сказать, не умирают. 1

169: Картина короткая, ну, 5 предпоследняя, а зато 6 она уже в раю, и вот тут то за что упрекали?

170: Римского Корсакова и эту оперу отсутствие действия, опера, оратория. Но, друзья мои, это новый жанр. Вникайте, слушайте.

171: Сейчас все можно, вот и давайте уж такая пророческая музыка, что нужно, так сказать, быть готовым ко всему и не требовать того, что эта опера

172: Не хочет и не способна нам дать на деревьях, и из земли вырастают понемногу громадные невиданные цветы, на ветках, загораются повсюду восковые свечки, золотые крыжа.

173: Канты, серебряные, алые, розаны, череда, касатики и другие. Вот начинается мистика, понимаете, уже в этом мире, и это непонятно, здесь или там и

174: Появляются голоса этих птиц Сирина и алконоста. Вот это же тоже картина Васнецова, которая послужила для бельского и

175: Римского Корсакова импульсом к ввести их в оперу. 2 райские птицы, вот, которые поют, о чем они поют. Вот, пожалуйста.

176: Голос алконоста все забудется, время кончится.

177: Время кончится, Скрябин конец света уже здесь, у римского Корсакова, понимаете? И Васнецова тоже алконост и всирин. Да жди, рабыня божия.

178: Жди покоя тихого. Кто ты? Голос мне неведомый есть я птица мира, милости алконос зовомая, а кому пою, тому смерть пришла вот это.

179: Мы говорили, когда скрябиным занимались 10 соната, и это, в сущности, Шуман фегель, альс профет, птица как пророк, вещая птица по-русски.

180: Знаменитая пьеса шумана, которая тоже начинается с тритона в соль миноре, это додье тритона и загадка скрябину.

181: А в этой загадке опус 52 номер 2 он увидел сидящую на пюпитре птицу, о чем рассказал сабанееву, а птицу эту звали алконост, вот или.

182: У шумана надо спросить вещую птицу как звали. То есть вот здесь связь между шуманом скрябиным и римским корсаковым такая вот удивительная и в 10, на побочной партии тема из загадки проходит ещё.

183: И вот эта мистика здесь, конечно, в конце, а последнее, ну, мало здесь действия, мало событий, мало драматизма, мало сюжета, потому что это

184: Опера вся последняя её картина, она вся как церковная служба в церковной службе, что мы за сюжетом следим да мы молимся, и вот римский Корсаков, написал молитвен.

185: Музыку се, жених пришёл, что же медлишь? Вот такая, в общем, церковная пошла музыка. Полно мне окрошки мелкие вам посею, пташки вольные, напоследок вас.

186: Вот, господи иисусе, ты прими во двори в селеньях праведных, это они уже с гришкой идут.

187: В царствие небесное хождение, в невидимый град. Звон Успенский, райские птицы вот это вот.

188: Очень надо эти колокола тоже много играть. Наверное, есть какая-то очень красивая фортепианная версия этой последней картины, потому что

189: Колокола очень подходят для фортепиано эти трубы.

190: Вот и церковное песнопение вдруг все, кого татары погубили, они все там, наверху, живы, и они встречают февронию, и Юрий всеволодич, и Всеволод Юрьевич.

191: Будь тебе у нас добро, княгиня, это хор. Как почти как, господи помилуй, когда.

192: Из этого мира пишется письмо туда. Некоторые это письмо даже при жизни римского Корсакова хотели сократить. Римский Корсаков пишет вот я сейчас прочту во вступлении тут пишет

193: Не нужно сокращать этот кусочек, он сам очень много сокращал, писал слово прочь или v д по латыни сокращение, но.

194: Когда они хотели сократить, какие вот эта сцена письма, он, он пишет сейчас я найду это место при постановке сказания в Москве Сук.

195: Тот самый Сук, который ботинком запустил в моего знакомого Дмитрия леопольдовича сдержинского Сук, предлагал сделать купюру в последней картине оперы римский Корсаков, ответил

196: 29 января уже 1908 года на это предложение решительным отказом на пропуск сцены письма к кутерьме Феврония пишет кутерьме в послед.

197: Картине согласиться не могу, об этом были разговоры и в петербурге письмо февронии есть кульминационный момент всего её образа достигшая блаженства Феврония, вспоминает из

198: Заботится о своём лютом враге и губителе великого китежа пусть слушатели вникают в это, а не относятся к последней картине оперы как к апофеозу.

199: Вот это очень, очень, очень важно, очень важно, потому что Любовь к врагам, к самым лютым врагам здесь доходит до своей кульминации идея, и она

200: Пишет из того мира, как святые постоянно пишут нам письма из того мира в этот, а мы их не умеем читать. И вот тут просто в этой 3 лекции, я самый такой беглый дал.

201: Обзор грандиознейших идей этой оперы кончается все на аккорде фа мажоре, который играют только колокола колокола. Это инструмент будущего века, вот так тремала вот.

202: И тоже. А как кончается эта опера в других постановках, сказал, что она должна кончаться. Вот так. И, конечно, надо смотреть эту оперу если уже в театре, то в оригинальной постановке, мне говоря,

203: Говорил Лев Николаевич Наумов, вот на этом мы завершим 3 лекцию. Слушай, ты не можешь мне объяснить?

204: Такую вещь. Слушай, ты не знаешь, почему вот я беру клавир Пиковой дамы?

205: Играю и просто обливаюсь слезами и рыдаю мне было сегодня очень трудно не обливаться слезами и не рыдать.

206: Пиковой дамы Чайковского. Потом я Иду в театр, смотрю эту оперу в театре и думаю а че я рыдал то?

207: Че рыдал то?