0: Всем привет, меня зовут Илья Федотов Фёдоров. Я сейчас расскажу вам про свою работу и вообще про систему того, как она развивалась. Я расскажу немного про себя. И вообще, откуда появилась эта идея, потому что она долго

1: Развивалась на самом деле я читал лекцию не так давно, как раз про архив и вообще, как важна архивность и архивная составляющая в искусстве и вообще, ну что, в принципе, в западной

2: О системе. Работа ресерч и архив это то, что встречается в 80 процентах заявок всех художников. Мне показалось интересным этот факт. И, собственно, я про это делал большую лекцию, и это такой кусо,

3: На моём примере, вот из этой лекции история начинается давным давно. Я пошёл в школу 1 класс, и на спорте, на физкультуре мне всегда становилось очень плохо. Ну как бы никто особо

4: Не придавал значения, но как бы мне было все хуже и хуже. Ну, очевидно, что надо было меня привести к какому-нибудь врачу. Это были девяностые года. В тот момент медицина пела длинную песню. Тогда мне там 1 раз.

5: Сделали это ультрасаунд, и на этом узи доктор как-то отвёл мою маму отдеельно. Меня это уже очень сильно Напрягло, особенно в том возрасте. Он ей говорит, вы знаете, вот у вашего сына у него нету

6: Почек, но непонятно тогда, почему он ещё живой. Ну то есть вот там был действительно вот такой диалог. Моя мама, конечно, вышла в полном шоке, но я все это слышал, потому что там была какая-то картонная дверь, потом начинается огром.

7: Длинный путь в моей жизни, где, ну, начинают разбираться, что вообще, что и как в итоге у меня находят эти почки, они все-таки есть, но они очень необычной конфигурации и

8: И как бы это очень редкая мутация. На мне начинают делать исследования, потому что настолько редко, что врач главврач начинает писать на мне диссертацию и помимо

9: Того, что меня в принципе подвергают какому-то огромному количеству различных, то есть там рентгены, какие-то контрастные жидкости, ультразвук. Помимо этого мне придумывают ещё какие-то вещи.

10: Которые мне на самом деле, ну, не то, что были жизненно необходимы, но это я это сейчас ретроспективно узнаю. Понятно, что ни я, ни мои родители не были об этом проинформированы, потому что когда ты попадаешь в больницу, с тобой там могут делать

11: В принципе, все, что угодно, это такая мини тюрьма, куда практически никого не подпускают. А когда ты ребёнок, ну ты там говоришь, ну мне вот сделали какое-то исследование, а то, что их делали 8 раз в неделю, это никого почему-то не нас.

12: Но в итоге понятно было там, что со мной произойдёт, я рос, эта почка как менялась, она немножко там уходила и так далее. То есть она у меня находится не там, где у всех. И тоже было непонятно, она могла войти в какой-то

13: В диссонанс с другими органами мог произойти какой-то коллапс, и в общей сложности с 7 до 18 лет как раз пока тело формируется, я должен был быть под постоянным. Наблю.

14: В итоге за эти 11 лет, где-то 2 раза в год, я был в больницах, это был какой-то нескончаемая вереница медицинских учреждений, и в итоге я проводил, провёл где-то год своей.

15: Жизни. Просто вот в этих медицинских учреждений, конечно. Ну, это не могло на меня повлиять. Помимо того, что это, в принципе, достаточно специфический и, наверное, травматический опыт, у меня сильно развилась.

16: Такая боди диссоци диссоциация с телом. И, ну, на это очень сильно повлияло вот это явление, которое вы здесь видите на слайде из за того, что это была редкая мутация и из за того, что у меня почка нахо,

17: В животе, конечно, всем хотелось всегда очень как-то к этому прикоснуться, и меня периодически раздевали до Трусов, клали в какой-нибудь пустой кабинет, выстраивалась очередь из врачей и студентов, и они как бы на

18: Нажимали сильно мне на живот и как бы ты пальцами мог реально пощупать эту почку и понятно, что у всех там округлялись глаза. То есть ты становишься таким объектом эксперимента и такой немножко цирковым животным.

19: Когда это продолжается достаточно длительное время и часто ты начинаешь воспринимать своё тело немножко как объект. Вот в те моменты я куда-то отлетал. Конечно, детская психика там как-то работает не так, как взрослая, но это

20: Точно очень сильно повлияло на все, что я буду делать дальше. И поэтому я там сейчас много работаю, например, с масками или вообще как бы пытаюсь реконнектиться со своим телом, понять, как бы, что это. То есть у меня до сих пор я воспринимаю себя в основном как

21: Лицо как, ну вот какое-то человеческая голова, которая существует, а все, что ниже, это какой-то вот, ну, придаток, который помогает функционировать голове, какая-то такая концепция. Ну и конечно, это все повли.

22: Влияло на мою Любовь к биологии. Мне стала интересна генетика. Мне стала интересна эволюция ошибки. Вообще, как бы разобраться, почему я такой, у меня долго была концепция, что я вообще не

23: Человек, а я там какое-то mutant, животное существо и так далее. Я пошёл учиться на генетика, на биологический факультет, его, правда, расформировали на 2 курсе, и в итоге я не закончил.

24: С этого началась моя, мой долгий, тернистый путь в искусство, но если б его не не расформировали, я бы, скорее всего, так продолжал генетиком бы быть, но моя Любовь, и мы сейчас уже переходим к нашему.

25: Проекту ближе помимо того, что я делаю скульптуры там, живописи, инсталляции, мне стал интересен быть ai. Особенно я переехал в америку, здесь все говорили про ай, ну и до сих пор все говорят про иай. Я

26: Начинаю пробовать экспериментировать. И, конечно, моя концепция вот этого мутанта со странным телом, у которого много ошибок, она очень сильно на это ложится, и я начинаю экспериментировать со всеми возможными аями. Тогда их так было не очень.

27: Очень много, сейчас их там в десятки раз больше. И я даже пробовал, вот я никогда не забуду сбербанковскую какую-то штуку дали, я создаю различных существ, они такие полулюди, полу существа, какие-то животные.

28: Я очень увлечён, особенно ошибками иая. Мне очень интересно, как там он вот делает вот эти странные ёмкости или он может пойти совершенно не туда сейчас вот этот интерес утрачен для меня в иае, потому

29: Потому что модели слишком стали как бы практически идеальными. Или эти ошибки не такие интересные, а раньше это, ну, то есть ты практически не мог предсказать вообще, что произойдёт. И это было очень интересно. И постепенно у меня возникает

30: Концепция мисс кричер. Я её назвал. Я подумал, что, ну, раз у меня уже столько накопилось какого-то материала, надо что-то с ним делать. И здесь тоже все говорили про нфти. В то время я подумал, ну почему бы не попробовать нфти? Я создаю вот это альтер.

31: Рего, мисс кричер. То есть, с 1 стороны, это мисс как миссис, как женщина и с другой, это мисс как missing, как потерянное существо. Это такая игра и с гендерностью, и вообще, и с человечностью.

32: Как таковой, то есть что это, это вообще, ну, как бы существо без пола, без расы, без вида. И я начинаю создавать, собственно, этот проект, почу что-то в твиттере, там даже какое-то количество

33: Этих нфти продалось. Этот проект, ну, как постепенно развивается, начинается видео, я пробую видео, вот такие двухсекундные. При этом я помню, что надо было, чтобы их сделать. Нужно было

34: Короче, загрузить эту программу себе в компьютер, сделать 1000 этих изображений. И потом ты получал вот 2 секунды вот этого странного изображения, но мне это было дико интересно и я начинаю тоже как бы коллекционировать

35: Это при этом, это занимает там 2 часа времени, чтобы это сделать. И опять мне интересны ошибки. Опять мне интересна вот эта вот эволюционная какая-то составляющая. Нейросети растут, я расту вместе с ними, я начинаю пробовать другие модели.

36: Это уже становится вот таким вот супер выверенным практически как будто бы сайфай кино, и, собственно, в этот момент начинается диалог про эту выставку мне написала сначала Анна нова.

37: И сказала, есть ли у тебя какие-то диджитал проекты. Я говорю, так вот, конечно, у меня есть, и я посылаю им этот проект, там было несколько его версий, и мы после этого созваниваемся, и начина.

38: Как бы обсуждать, что, что вообще, как бы с этим делать, в какую, в какую сторону пойти с артёмом. Мы выбираем, собственно, вот эти интересные такие по

39: Маски полу как будто скины, как будто их можно одеть на человека в играх. Вы часто там покупаете скины, натягиваете их там на что-то. И вот у вас получается новый, как будто бы герой в его старом скиле.

40: И мне присылают тоже фотографии этого пространства. Я, конечно, понимаю, что это огромная сосиска, с которой очень сложно будет работать, понимаю, что нужно делать что-то масштабное, и начинаю думать про экраны.

41: Материалы, которые остались с другими художниками. И я тогда думал, в принципе, про мультиэкраны, вот этот вот справа внизу, вот он тут большой, и что это вот какое-то существо, которое немножко разговаривает.

42: С вами или там мутируют, там на разных экранах что-то происходит. То есть изначально идея такая, и она трансформируется, и сейчас вы увидите, как она будет дальше трансформироваться. Собственно, все это время я читаю много

43: Там тимати мортона, дарк, эколоджи, книжка, если кто не знает, вам это интересно, обязательно прочитайте. Я понимаю, что мне интересно какой-то деконструктивный экран, чтобы он немножко тоже разваливался.

44: Чтобы вот эта вот система ошибки, разрушения органического и технологического были как бы вместе мы постепенно приходим к вот этой форме, мы говорим, что это будет 6 экранов, постепенно их стало 8.

45: Потому что добавились ещё маленькие. И вот это 1 из видео, которые уже были ближе к

46: К тому, что будет в конце. Но опять же, ну, я бы сказал, что это даже пока ещё на 30% не приближается к финальному варианту. То есть это все ещё находится внутри эксперимента. И я, в принципе, возможно, это мой тоже

47: Какой-то биологический бэкграунд, что в принципе эксперимент это 1 из самых важных форм для меня в искусстве, то есть через эксперимент, через ошибку ты в итоге достигаешь какого-то результата. Все

48: Это время концепция всего этого, помимо тимати мортона, очень ярко была иллюстрирована донна хароуэй сайбер манифест. Я думаю, что тоже многие из вас её слышали. Если не слышали, то

49: Читайте. Но она, наверное, уже супер известная, супер избитая, даже философер-ка. И, конечно, её концепция. Если в 3, в 2 словах, это приро.

50: Да, породила человека. Человек породил технологию, человек начал постепенно апроприировать природу и считать, что это его собственность. Начал это разрушать. И тоже самое произойдёт с технологией, то есть тех,

51: Технология постепенно тоже уничтожит человека. Это очень простая примитивная технология, но там будет какой-то золотой век, когда они живут вместе и все хорошо, я изначально, как бы это моя

52: Идея. Я хочу воссоздать среду, мы придумываем дыммашину какие-то дополнительные элементы, и это очень важно, чтобы был полукруг, чтобы туда входил человек и попадал вот в это какое-то странное.

53: Экспериментальная полу лаборатория полу такой документальный фильм, как будто в мире животных, или natural geographic. Когда вы приходите и там смотрите, что-то, чего вы никогда не видели, мы разбиваем все это.

54: По экранам вынимаем какие-то кусочки и в итоге вот это final финальная конфигурация у меня вот появляется вот такое вот видео.

55: Как раз оно разрушается, эволюционирует. Мне все нравится, но пока никакой концепции нету. Ну, как бы она есть, но она такая глубокая, на мой взгляд. То есть пока вот до этого момента для меня все это был просто эксперимент.

56: Несмотря на то, что Артём сказал, что за 3 месяца я ему за это сказал, ну, это, конечно, он мне польстил. Были вот такие какие-то вещи.

57: И все эти существа, они базировались как раз на моих сейчашних скульптурах у меня много мягких скульптур с такими странными, получеловеческими, полуживотными лицами, которые немножко улыбаются и сделаны из ткани.

58: Собственно, я их тренировал на этом в итоге так это примерно выглядело. Были какие-то тесты. Все прекрасно. Я думаю, что это где-то, да, 2 месяца или даже месяц до начала. Это вот такой тест был очень красиво. Я бы

59: Даже так оставил уже можно ничего не делать. В принципе, уже очень красивая инсталляция, красный цвет, переломный момент. Мне нужно было как раз сделать какой-то чекап. И, конечно, перед тем, как я уезжал из России. Ну, мне надо было как-то

60: Это все собрать. И я отфотографировал многие свои сканы или отсканировал. Ну, некоторые я привёз, но просто все я бы привезти не смог. Я как раз копался в своих папках, мне нужно было

61: Было сходить к доктору, а, ну а в америке как бы, ну это не какой-то типичный диагноз, они ничего не знают, ничего не понимают. И они тут очень систематизированные такие роботические люди, поэтому им надо очень долго, я могу там 15.

62: 20 минут просто пытаться их убедить, что это так. Я в итоге наталкиваюсь на этот архив. И это про важность архива, про то, что художнику важно вообще многое сохранять. Я понимаю, что вот

63: За эти 11 лет у меня накопилось огромное количество этого материала, я его ни разу не использовал. И вообще, ну, в России я боялся про это говорить, потому что в России, когда ты говоришь про болезнь, тебя могут очень быстро.

64: Как бы воспринять каким-то хилым, недоразвитым, что ты, не знаю, заболеешь, что на тебя нельзя рассчитывать. Ну там очень много такой, это даже не стигма, а это какие-то предубеждения.

65: Которые от этого рождаются, либо что ещё менее нравится. Обычно таким людях людям тебя начинают жалеть. Я про это никогда не говорил. Я вообще про это начал говорить около 2 лет назад здесь как раз в америке.

66: Потому что здесь очень много центричности вокруг вообще личности, в отличие от европы и России. И, собственно, я подумал, а почему бы не попробовать потренировать эйай на вот этих

67: Изображениях и, собственно, после этого появляется уже концепция. То есть я понимаю, что это возможно, мне нравится результат, у меня складывается пазл. Это как такой вот inside меня там трясёт 3 дня. Я просто

68: Нескончаемо сижу, делаю эти новые видео, полностью все переделываю до выставки, до открытия, мне кажется остаётся 5 7 дней, и я полностью меняю практически все понятно, что эта концепция намно.

69: Много шире. Это не про мои почки. И когда я описываю эту концепцию, я говорю опять же про дона харвей, но я пытаюсь, как это часто делают опять же на западе, и особенно в америке, когда ты берёшь очень

70: Высокую культуру и что-то малодоступное, как там дом на haru, тимати мортон и что-то очень простое. И я говорю про там фильм собачье сердце или ихтиандер веном минотавр из

71: Римских сказок или, например, фильм прометей, когда из чего-то из моих почек, из какого-то своей субстанции ты создаёшь что-то совершенно другое, что может в принципе развиваться без

72: Твоего участия с участием эая, и ты просто это, это уходит в мир и развивается само собой. То есть идеально. Мне бы хотелось, чтобы это были какие-то 2 нейросети, которые между собой общаются и постоянно развивают этот проект.

73: Я, в принципе, над этим сейчас работаю и хочу это развивать вот этот химера, Зародыш, конечно, опять это очень сильно связано с моей травмой. Это многое про тело, но эта концепция, в принципе,

74: Намного глобальнее и намного больше и не про здоровье, и не про патологии. Проект называется архипелаг симптонов. И, конечно, вот эти симптомы, потому что на самом деле абсолютно

75: Здоровых людей не существует. Есть просто люди, которые об этом не знают или ещё здоровы. Но это не про это, это про создание нового создание какого-то мира и, собственно, это видео, которое уже бли,

76: К тому, что мы показываем. И, собственно, это 1, 1 из экранов основной экран.

77: И мне, конечно, было важно, чтобы они эволюционировали, из них появлялись другие существа, они куда-то постепенно уползают, исчезают, выходят новые, и очень интересно было, что

78: В aya это возможно сделать практически без склеек, без монтажа, то есть это такой 1 длинный кадр.

79: Ну, вы, если придёте, вы посмотрите, инсталляция в итоге выглядит вот так достаточно большая. Я, к сожалению, не видел вживую, но очень хочется, да, вот это ещё 1 видео уже со многими экранами. Тут можно увидеть, что есть и существа из леса.

80: И существа из моря, и какие-то микросущества нано. То есть там не всегда иногда понятно вообще масштаб этого, оно большое, или оно очень маленькое. То есть это полностью новый мир, над которым я продолжаю работать. Я его делал саунд.

81: Дизайнером алексеем кохановым. Он живёт в Берлине. И, собственно, мы записывали, ну так как концепция полностью трансформировалась и полностью была. Про тело и почки мы записывали, я прислонял там микрофоны к желудку.

82: Запихивал микрофон, в горло дышал. То есть мы записывали звуки моего тела, моих жидкостей. В общем, весь саундтрек он очень важный. Мне очень обидно, что его там, к сожалению, не слышно, но это было предска.

83: Потому что большое длинное пространство, но он очень важен. И это тоже как бы отдельная часть этой работы. Мне кажется, что, ну, то есть я раньше когда-то говорил, что я занимаюсь биоарт м искусством и наукой. Сейчас я в

84: В основном этим не занимаюсь, я изучаю себя конкретно, и в принципе мне не кажется, что искусство должно нести просветительскую роль в науке оно и так несёт просветительскую.

85: Роль в искусстве. Вот, но если оно связано с наукой, ну, то почему нет? Но оно связано со всем, чем угодно. Я тоже хочу такую мысль сказать, что если вы занимаетесь там, я не знаю, вы бухгалтер, не знаю, вы работаете в

86: Лаборатории по крови. Или вы просто официант, вы иногда можете, ну, себя недооценивать и думать, что ваш опыт не важен, но в искусстве любой опыт важен, и на самом деле это большой плюс.