0: Помада на успешке же блестит во тьме вар играет тихо на серебряной струне, ногти бьют покупку.

1: Словно тайный шифр ночей, и дрожит запретный храм от улыбки.

2: Все сильней он идёт, как на по лезвию неоновых огней каждый шаг, как вызов для святых монастырей, тени эклизиархии шепчут грех уйди. Но под крылом, слаанешь, нет дороги позади.

3: Бархат Костей изысканный осколок запретных новостей зашнуруй мне house глянец, дай губам, пусть смеётся империум, я уже не там в каждом вздохе знамя с каждым.

4: Сладкий шёпот в горле учит падать и сиять.

5: Чёрный чокер давит, как молитва на стекле, пульс стучит все громче в позолочённой петле кружева ленты, аромата.

6: Каждый новый выбор как ответ на старый спрос.

7: Chaos не оковы хаосс 1000 дверей, где желание становится сильней, все верней там, где страх был цепью, там теперь горит престол.

8: Изысканный осколок запретных новостей за шнуры мне house глянет по губам, посмеётся империум я уже не там в каждом вздохе знамя, в каждом взгляде власть сладкий шёпот в горле учит падать и сиять.

9: Дождь течёт рекою по фарфору Бледных лиц, смех звенит, как лезвие у демонических девиц с неба смотрит с завистью на этот талый пир, где 1 запретный аккорд ломает старый мир розы на поду.

10: Благовонья на броне мягкий монстр пляшет в золотом огне.

11: Mccoy добродетель пылью снов под крылом слониш них несбывшихся оков там, где раньше были гимны ныне бархат и парча, где молчала строго Вера, там поёт теперь свеча вместо страха, наслажденье вместо долга, высота вместо Серых дней.

12: Бесконечная мечта каждый жест как манифест, каждый взгляд, как мятеж, каждый Шрам переливается, как драгоценный грех, станешь, дарует голос тем, кто жил в немой тюрьме, и я пью её возможности в сияющей тьме.

13: Лезвие шёлк поверни святость раскололась в фиолетовой тени, подводка, как евангелие блёстки, как приказ мир горит красиво.

14: В наших глазах ресницы, как винтовки, губы, как обед, я был сломлен сладко, и благодарю в ответ. Блеск, на губах кровь.

15: Наслаждения умирать.

16: Потеряй в тишине случайная ошибка в совершенной глубине слаанеш расправит крылья над желанием живым и застанет пламенем, а удовольствие святым пусть империум проклинает, пусть гремит его.

17: Под крылом великой страсти даже греху здесь каждый раз.