0: Всем привет. С вами Светлана Одинцова, психолог и гештальт терапевт. И сегодня я хочу пригласить вас в 1 место. Оно называется Ремис, маленькая альпийская деревня, затерянная в горах. Там всегда тихо, красиво и уютно. Жители улыбаются всегда слишком Ровно.

1: Слишком синхронно, слишком пусто. Это долина улыбок, итальянский хоррор, который на самом деле не про монстров. Он про систему и про цену, которую мы платим, за то, чтобы не чувствовать боль, и про то, что мы теряем, когда перестаём быть людьми. Режиссёр пауло.

2: России. Этот фильм официально вышел 9 июля 26 года. Давайте сегодня мы разберём его через мою профессиональную оптику. Поехали. Представьте, горы, снег, деревянные дома, тёплый свет из окон и официально Ремис это самое счастливое место в Италии, но есть в этом уюте

3: Что-то тревожное идёшь по улице и слышишь тишину, и не ту, где поют птицы, а ту, где никто не плачет, никто не злится, никто не спорит, все улыбаются Ровно, синхронно и пусто, и до того, как реми стал долиной улыбок, здесь произошла трагедия железнодоро.

4: Катастрофа. Поезд сошёл с рельсов, и погибло больше 40 человек, жителей этого города, и это было горе, настоящее, общее, и оно коснулось каждой семьи, и именно тогда родилась система. Кто-то придумал, что страдать необязательно, что можно.

5: Отдать свою боль и среди обломков нашли полугодовалого мальчика, назвали маттео, и его дар стал иллюзией спасения. Он может забрать чужую боль 1 объятием, но он не святой, он не ангел, он просто мальчик, которого превратили в инструмент. Здесь под запретом печаль, уязвимость.

6: Горе их вытеснили, заменили ритуалом, и это иллюзия контакта, иллюзия исцеления, но рана не заживает, она просто перестаёт болеть, и это не одно и то же в центре системы маттео, ему 15, у него седая прядь и пустые глаза. Приёмный отец усыновил его, поняв.

7: То дар можно продавать и построил культ. Его жена была 1, кто заплатил, она отдала свою боль и стала пустой, а он продолжил, потому что увидел в мальчике не сына, а ресурс актив, бизнес, и он никогда не обнимал маттео, ни разу микелла хозяйка гостиницы, она ближе всех к мате.

8: Ей разрешено обнимать его сколько угодно, потому что она проводник системы, хранительница этой клетки. Ну и она не злодейка, она просто не знает другого языка. Ну и жители это безликая масса. Они приходят на ритуал, обнимают маттео, чувствуют облегчение, и они не видят в нём человека.

9: Они видят функцию, им нужно только 1 чтобы кто-то забрал их боль, и они никогда не спросят, как ты, что ты хочешь. Чужая боль для них угроза, и она напоминает о том, что они сами когда-то чувствовали, и они не могут выдержать напряжение и бегут к тому, кто решит проблему.

10: За них и ещё 1 деталь жители чешутся до крови, и это психосоматика, тело не умеет врать, и когда они отдали свою боль, они отключили живые чувства, но подавленная боль пытается прорваться и выходит через кожу зуд расчёсы, и это соматический.

11: Помощи, физическое подавление тревоги и их тела кричат о том, что психика запретила чувствовать. А теперь давайте присмотримся к Сержу. Бывший чемпион по дзюдо. Он приехал в Ремис. Не случайно он бежит от смерти сына, от боли, которая разрывает его изнутри, и он не

12: Знает, как с ней быть. Он не умеет её выдерживать, он пьёт, чтобы заглушить, проваливается в туман, где нет воспоминаний. Он живой пример того, как мы пытаемся сбежать от себя, и как это не работает. И он чужак в этой системе, он не знает правил. И он единственный, кто начинает задавать вопросы и

13: Единственный, кто смотрит на маттео не как на функцию, а как на мальчика подростка, и когда сержио напивается в баре, боль прорывается, он плачет, он кричит и michaela не выдерживает, она не знает, что делать с чужими слезами, она везёт его к маттео, потому что это единственный способ.

14: Справиться с эмоциями в ремисси, отдать их, переложить на другого, и она не умеет быть просто рядом. И это самое страшное в фильме мы разучились быть рядом с плачущим человеком. Мы хотим, чтобы кто-то забрал нашу боль и боль наших близких, но так не работает. Исцеление начинается там.

15: Где кто-то выдерживает твои слезы, не пытаясь их остановить. А теперь о маттео, он привык быть функцией, его никто не замечает. Отец смотрит сквозь него. Жители смотрят в пол микелла как на сосуд, и его не спрашивают, хочет ли он обнимать и сколько он может.

16: Выдержать и вообще, как он сам его использует и почему его никто не замечает? Потому что он зеркало их боли смотреть на него значит признать, что кто-то страдает вместо них проще не смотреть, и только сержио смотрит не сквозь неё как на дар. Он замечает, что мате устал, что он

17: Ест, что ему страшно, и в этот момент маттео оживает, он впервые чувствует себя увиденным, и внутри него просыпается живой человек, ему хочется жить, дружить, делиться, и он впервые хочет быть, а не служить, и вместе с теплом приходит все остальное. Живой человек это не только

18: Это и бунт, и он впервые отказывается обнимать, он злится, и это прекрасно, потому что это его 1 я и маттео становится человеком со всей амплитудой чувств, от радости до гнева, от нежности до гордыни. Но вернёмся к истокам 1 жертва.

19: Тема это жена приёмного отца. Она стала пустой, она перестала чувствовать и перестала быть человеком. Её боль вошла в маттео, и отец видел это. Он видел, что система убивает, но он не остановился, потому что выгода оказалась сильнее любви. И почему приёмный отец никогда не обнимал?

20: Маттео потому что он видел в нём ресурс, инструмент не обнимает, он боялся собственной боли, и если бы он обнял маттео по настоящему, его боль вышла бы наружу, и легче не любить, чем потом страдать. Его холодность это не жестокость, это просто трусость, и когда маттео больше не может отдавать.

21: Случается страшное его сознание вселяется в жителей, и они становятся функцией, их потребность стала сильнее их, и sergio, который пытался спасти маттео, убивает отца, он слышит голос своего погибшего сына и срывается, он не выдерживает своей боли, жители.

22: Обнимает его, и он становится новым сосудом. Система победила, цикл повторится, потому что у этой системы нет выбора и нет надежды на исцеление. И этот фильм не про деревню в горах, он про нас.

23: Как вы отключаете в себе боль, кто или что в вашей жизни маттео, и что забирает вашу боль, и за что вы платите человечностью? За комфорт, за покой, за иллюзию счастья? И умеете ли вы выдерживать чужую боль? Можете ли быть просто рядом с плачущим человеком, не пытая?

24: Его починить.

25: И готовы ли вы встретиться со своей болью, чтобы остаться живым? И настоящее исцеление оно не в ритуале, оно в тишине, в принятии и способности выдерживать свою боль, не перекладывая её на других, и не превращать других инструменты для своего облегчения с вами?

26: Была Светлана Одинцова с разбором нового хоррора. Поэтому если